–  Хватит уже, - процедил Майкл.
– Мы на месте, так чего тянете? Открывайте уже.

–  Знайте свое место, молодой человек, - огрызнулся Артур.
– Когда сами сделаетесь маршалом, тогда и будете отдавать команды, а покуда держите язык за зубами. Я сейчас, - он вновь повернулся к стене, радуясь, что избавлен от необходимости созерцать Джайлза вкупе с неодобрительно молчащим капитаном, и опустился на колени. Принялся дрожащими от волнения руками пересчитывать кирпичи - слева от края площадки, справа от края площадки, вверх от пола. На секунду Артуру почудилось, будто он позабыл, куда именно следует нажимать, и тогда волна страха захлестнула Айтверна, чуть не заставив его взвыть. Он вновь уперся в стену головой, сжимая зубы. Потом вдруг стало полегче, ему показалось, что он все-таки помнит. Артур отстранился от стены и снова принялся считать - очень неторопливо, очень внимательно, очень сосредоточенно, молясь всем святым заступникам, лишь бы только не ошибиться. Наконец он понял, что нашел искомые кирпичи. Айтверн поднял руки, уже готовясь одновременно надавить в двух местах - и внезапно замер.

А что, если там, прямо за этой стеной - несущий караул отряд картворовских молодчиков? Вдруг узурпатор каким-то образом догадался о местоположении потайного хода, и поставил около него солдат? Вполне может быть. Гледерик совсем не дурак, напротив, он дьявольски умен, с него станется обезопасить себя любым способом. И сейчас они шагнут прямо навстречу ожидающим их врагам, и весь задуманный Артуром план будет безнадежно провален. Ничего не получится сделать по-тихому, может быть, вообще ничего не получится. Айтверн перевел дыхание, прислушиваясь к бешеному стуку собственного сердца. Что же теперь делать? Риск слишком велик, на карту поставлено очень многое, может быть - все, что только может быть поставлено и разыграно. Он не имеет права допустить ошибку. А с другой стороны, что ему остается делать, кроме как рисковать? Возвращаться назад? Ни в коем случае, это было бы смешно и глупо, не для того они сюда шли. Смешно, глупо и трусливо. Сидеть здесь, ничего не предпринимая, ожидая у моря погоды? Да какой в этом смысл, скорее уж не море распогодится, а солнце взойдет, и тогда уж точно все будет провалено.

Решено! Тогда рискнем, и будь оно, что будет.

Наплевав на сомнения, Артур со всей силы вдавил ладони в кирпичи - и тут же вскочил на ноги, делая шаг назад и обнажая меч. Раздался скрежет, и часть стены, точно также, как и в разрушенном храме, превратилась в дверь и медленно повернулась, приоткрывая проход. Напротив двери было просторное окно, и ударивший на лестничную площадку лунный свет осветил расположенную прямо перед ними небольшую комнату, богато обставленную и совершенно безлюдную. Полная луна плыла по ясному ночному небу, бросая на темно-вишневый ковер серебристую дорожку. Айтверн остановился на пороге, тяжело дыша. Потом шагнул вперед, быстро осматривая комнату, сам не веря свалившейся на него удаче. Здесь и в самом деле никого не было, ни единой души. Казалось, что небольшой будуар, примыкающий к королевской опочивальне, и вовсе не изменился с того дня, как Артур в последний раз был здесь. Все также громоздились вокруг массивные шкафы, сделанные из северного дерева, на туалетном столике белела фарфоровая статуэтка. Настенное зеркало продемонстрировало Артуру собственную растрепанную физиономию. Черт побери, в гроб и то краше кладут. Айтверн опустил меч, испытывая сильнейшее желание в изнеможении растянуться на полу.

Нельзя расслабляться!
– обожгла неожиданная тревога. Если сейчас здесь пусто, это не означает, что в следующую минуту в комнату никто не зайдет.

–  Майкл, иди со мной, - шепотом сказал он оруженосцу. Тот кивнул и переступил порог.
– А вы, Клаус, оставайтесь где стоите и караульте.

Отданный Айтверном приказ явно не пришелся командиру гвардейцев по душе:

–  Сэр, осмелюсь возразить, но вы сейчас неразумно поступаете. Мы пробрались в замок, так чего же лучше, надо скорее позвать ребят. Ну сами посудите, чего вы тут вдвоем с мальчонкой сделаете. Не в обиду вам будет сказано, но ни хрена вы тут не сделаете. Только на стражников напоретесь, а тогда уж совсем венец. Я сейчас схожу за своими, вот тогда повоюем.

–  Капитан, позвольте спросить, где были раньше ваши уши? Мы не затем сюда пришли, чтобы воевать. Вон там, - Артур указал острием меча на изукрашенную резьбой дверь, - королевская спальня. Если узурпатор сейчас там, то я просто приду и зарежу его во сне.

–  А если его там нету? Сэр, будет куда лучше, если вы…

Фаллен, тупой воинственный пень, продолжил что-то кудахтать, приводя один за другим какие-то совершенно идиотские доводы, просто-таки вонявшие суконной предусмотрительностью, и Артуру надоело слушать весь этот бред. Он не мог позволить капитану трепаться и дальше, того и гляди они еще разбудят своей перепалкой Гледерика, если он и впрямь в спальне, а этого нельзя никак было допускать. И вообще, он и так уже потерял слишком много драгоценных мгновений. Отпихнув топтавшегося у прохода Майкла в сторону, Артур торопливо опустился на корточки, рассматривая кладку стены. Сейчас главное вспомнить, что именно следует жать отсюда, и в самом деле покончить со всем этим балаганом. Господи, ну где же эти проклятые кирпичи, ну почему же их всегда так сложно найти… Ага, вот же они!

–  Сэр, да что вы делаете, вразуми вас Пречистая Дева!
– воскликнул капитан, решительно двинувшись к Артуру.

–  Ничего такого, за что потом буду стыдиться. Заткнитесь, Клаус, - Айтверн нажал наконец, куда следовало, и дверь тяжело захлопнулась, отгородив капитана Фаллена намертво сошедшейся стеной. Артур немного прикинул, и для верности нажал на еще один, особенный кирпич. Тот, который заклинивал механизм, не давая возможности открыть проход со стороны подземелья. Вот теперь и в самом деле готово. Айтверн встал, тут же пошатнулся и оперся спиной о дверцу шкафа, обессиленно сползая на пол. Майкл смотрел на него во все глаза, очевидно не находя слов, и выглядел до того потешно, что губы Артура разошлись в неуместной сейчас усмешке.

–  Что смотришь?
– спросил он тихонько, ощущая затылком прохладное дерево.
– Теперь мы одни.

Джайлз схватился за рукоятку меча, тут же отдернул от нее ладонь, оглянулся на исчезнувший проход, потом поглядел на ведущую в королевскую опочивальню дверь. Опустил голову, очень внимательно изучая Артура, расслабленно, если не сказать обессиленно, развалившегося на роскошном ковре.

–  Да вы, герцог Айтверн, настоящий безумец… - проронил Майкл.
– Вы хоть знаете, зачем все это делаете?

Артур не отвел взгляда.

–  Да, знаю.

Он и в самом деле знал. Он пошел на это сумасшедствие, чтоб не допустить воплотиться наяву своему жуткому видению, в котором царила смерть. Не дать жерновам войны перемолоть в мелкую труху то, что еще оставалось от его прежней жизни. Этот залитый лунным светом город - вот что было его прежней жизнью. Он любил Лиртан, и он не мог допустить того, чтобы Лиртан был уничтожен, а поэтому был готов рискнуть собой. Все мы приходим на свет смертными, все мы когда-нибудь со света уйдем. Совсем не хочется умирать в двадцать лет, ну да что тут поделаешь. Иногда просто нельзя ничего поделать, невозможно остаться в стороне. Артур не желал умирать, но был готов к этому, лишь бы только утащить вместо с собой и Гледерика Картвора. Если узурпатор умрет, штурма не будет. Мятежные лорды склонятся перед Гайвеном, тот помилует их, и в Иберлене снова воцарится мир, а останется жив Артур Айтверн или нет - совсем неважно. Он жил очень мало и очень глупо, и его гибель едва ли сделает мир хуже.