— Не поспоришь.

В комнате повисла недобрая тишина — майор что-то обдумывал, а я пытался спрогнозировать его действия. К сожалению, ни один из приходящих на ум вариантов мне не нравился.

— Расскажи-ка свои мысли по поводу этой ситуации.

— Так точно, шеф. Я серьезно отношусь к компьютерному анализу, поэтому считаю, что нам удалось обнаружить нечто очень серьезное. Настолько серьезное, что наши противники допустили огромную ошибку.

— Какую именно?

— Они раскрыли себя необдуманными действиями. Если бы этих действий не было, то мы с Алисой просто проехали бы мимо того комплекса и я бы никогда ничего не узнал. Но наше появление так сильно их обеспокоило, что они стали ошибаться.

— Согласен. Продолжай.

— Так точно. Я думаю, что ситуацию необходимо держать под контролем, но не знаю, как именно можно это сделать. На Орионе-четыре мы в абсолютном меньшинстве, у меня нет ни одного помощника, а вербовка местных жителей в таких условиях не представляется возможной. Откровенно говоря, шеф, я не понимаю, что делать. Прилетел сюда, чтобы проконсультироваться.

— Это верное решение, — кивнул майор. — Давай-ка я обрисую тебе реальное положение дел.

Судя по всему, мы наконец-то подошли к самой важной части разговора. Увы, но эта мысль не принесла мне особой радости — я уже предполагал, чем все закончится и морально готовился к новому заданию.

— Ты был совершенно прав, когда говорил о текущей расстановке сил, — задумчиво произнес командир. — Ни у кого из нас нет допуска на планету, так что базовые возможности серьезно ограничены. К тому же, есть главная миссия, прерывать которую я не имею права. Артефакт должен в кратчайшие сроки покинуть эту звездную систему и перейти под наблюдение наших ученых. Соответственно, есть лишь два человека, которые могут продолжить работу с объектом.

— Я и Кристенсен.

— Да. Проблема заключается в том, что я не могу использовать вас для этой цели. Кристенсен просто не готов к подобной работе, а ты до сих пор считаешься курсантом и твои обязанности строго регламентированы.

Организованное майором представление вызвало в моей душе вспышку искренней обиды — Петров не слишком-то искусно вел беседу по одному из классических сценариев, рассчитанных на вербовку молодых дурачков для выполнения какой-нибудь сложной миссии. Акцент на важности предстоящего задания, акцент на моей уникальности и незаменимости, аккуратная подводка к необходимости сделать собственный выбор — все эти моменты буквально кричали о том, что мною пытаются манипулировать. А учитывая тот факт, что я изначально не собирался отказываться от дополнительной работы, такое отношение командира выглядело чуть ли не издевательским.

— Если вам нужно, чтобы я остался на планете, так и скажите.

Майор сложил пальцы домиком, устремил взгляд в дальний угол комнаты и около минуты просто молчал. А затем глубоко вздохнул и развернулся ко мне:

— Ты прав, Ник. Федерации нужно, чтобы ты остался на планете. Это действительно так.

— Я готов.

— Поговорим об этом завтра утром. Ты должен как следует все обдумать.

— Здесь не о чем думать, шеф. Я шел на службу для того, чтобы помогать государству.

— Это приказ. Ник. Иди отдыхать, поговорим завтра.

Спать мне абсолютно не хотелось, так что следующие пару часов я просто лежал в своей каюте, думал обо всем подряд и время от времени прикладывался к стакану с апельсиновым соком. На душе по-прежнему было муторно — уже не из-за поведения майора, а из-за того, что в самом ближайшем будущем мне предстояло вернуться на планету и возобновить свою деятельность. Ничего хорошего от этой миссии я не ждал, но отказаться от нее уже не мог — в первую очередь потому, что заменить меня действительно было некем. Оставалось лишь уповать на свою счастливую звезду, а также надеяться на помощь бездельничавших на корабле товарищей, наблюдателя или кого-нибудь еще.

В ходе этих размышлений я совершенно неожиданно докопался до глубинных мотивов своего командира — кажется, своими нарочито грубыми действиями он пытался вызвать у меня протестную реакцию и тем самым спровоцировать отказ от продолжения работы. То есть, старался помочь, делая вид, что преследует диаметрально противоположные цели. Новая версия выглядела заметно правдоподобнее той, которая пришла мне в голову во время разговора, однако суть дела от этого не менялась — если я хотел избежать дальнейшего противостояния с орионскими спецслужбами, то должен был в свое время поехать на городской пляж, а не на дикий. Либо проигнорировать отсутствие свежих новостей, сконцентрировавшись на общении с девушкой. А теперь было уже поздно.

Хотя сон в конце концов пришел, легче от этого не стало — весь остаток ночи меня терзали навязчивые кошмары, почти никак не связанные с реальным миром, но заставлявшие переживать широкий спектр негативных эмоций. В результате я проснулся разбитым, уставшим и абсолютно не готовым к серьезному разговору. Однако разговаривать все-таки пришлось.

— Заходи, Ник. Бери кофе, садись.

— Я знаю, что вы пытались сделать вчера вечером. Спасибо.

— Это в прошлом, — небрежно отмахнулся от моих слов майор. — Имеет значение только настоящее. Что ты решил?