Шен перевел на него растерянный взгляд.

— С чего ты взял, что он заразился? Успокойся!

— Может, он и рассказал о ритуале? Что мне еще думать? Все другие были заражены и убиты духом!

— Но не дух же заразил их, не так ли? — воззвал к голосу разума Муан.

— Ну… наверное.

— Сядь и успокойся. Дай мне промыть твою руку.

Шен послушно присел на крыльцо, все еще пытаясь мысленно разобраться в происходящем. Муан вновь забрал у него воду и ткань, промыл царапины, нанесенные Катсши, и принялся аккуратно накладывать сверху свою фирменную мазь.

Только спустя продолжительное время Шен, наконец, обратил внимание на то, что он делает, и усмехнулся.

— Шрамы украшают, разве нет?

— Кто тебе сказал такую глупость? — возмутился Муан, не отводя взгляда от царапин.

— Никто. Где-то вычитал.

— Какой-то человек написал глупость, а ты запомнил и повторяешь.

Шен посмотрел на него, удивленно моргнув. Его посетило какое-то странное чувство. Муан сейчас так забавно отчитывал его, очень… по-семейному что ли.

Шен наклонился вперед и положил голову на его колено. Муан так и замер, оторопело разведя руки.

— Что ты делаешь? В тебя вселился дух кота?

— Да, — прикрыв глаза, промурлыкал тот. — Погладь меня.

Муан все еще сидел без движения. Голова хозяина Проклятого пика покоилась на его правом колене. Его волосы закрыли лицо и волной упали на крыльцо, где они сидели.

Муан, чувствуя, как бешено застучало его сердце, медленно опустил руку и провел пальцами по этим волосам. В тот же миг Шен осознал, как странно себя ведет, и резко сел. Муан вновь застыл с протянутой рукой.

— Гм, мрр. То есть, кхм, похоже и в самом деле кот вселился. Пойду, молока поищу, — заявил Шен, поднимаясь и, подхватив лежащую рядом повязку и наматывая ее на руку, быстро пошел прочь.

Он поспешил скрыться от глаз Муана за клубами дыма, все еще идущими от господского дома.

Муан так и остался сидеть на крыльце, не в состоянии осознать произошедшее.

Часть господского дома уже догорела, остальное спустя время было потушено. Удушливый дым, смешавшись с привычным ароматом серы, витал в воздухе, и все укрылись от него во флигеле. Риту уплетала оставшиеся конфеты, а Муан потребовал у вернувшегося Шена отдать ему мешочек с запечатанным Катсши. Шен, который прекрасно знал, что на самом деле в него не вселялся никакой дух кота, пожал плечами и выполнил его просьбу.

После чего пошел вновь проверить, как там главный герой. По логике вещей, Шену не следовало так уж переживать на его счет, но воспринимать Ала как раздражающе-удачливый набор данных он уже не мог, поэтому продолжал беспокоиться о мальчишке. В конце концов, его ученика ранили. И пусть Шен и не был хорошим учителем, но все же чувствовал за Ала определенную ответственность, уже даже без влияния Системы и ее заданий.

Главный герой все еще спал. Золотистые волосы прилипли к влажному от пота лбу. Шен приложил к нему ладонь и почувствовал исходящий от кожи жар.

— Ал, держись, — тихо произнес учитель. — Не пугай меня. Скоро приедет старейшина Заг и поможет тебе.

С этими словами он передал Алу немного своей духовной энергии, поправил одеяло, вздохнул и вышел в соседнюю комнату.

Старейшина Заг ко всеобщему облегчению к вечеру прилетел в деревню, вместе с десятью лучшими учениками и двумя старшими преподавателями-лекарями. Шен и Муан встретили старейшину чуть ли не как своего любимого потерянного дядюшку, разве что сдержались от объятий.

— Я прилетел сюда исключительно из-за научного интереса, — не привыкший к столь радушному приему со стороны старейшины пика Черного лотоса, да и старейшины пика Славы тоже, чего уж тут, отфыркивался Заг. — Показывайте больных, рассказывайте.

Шен растерянно осознал, что все больные, вроде бы, померли.

Услышав эти вести, старейшина Заг устало потер переносицу.

— Старейшина Шен, вы знаете, что я услышал от вашей суматошной ученицы? Что тут люди мрут, словно мухи, в скором времени болезнь может перекинуться на ближайший город и еще демоны его знает как быстро дойти до столицы… Я летел без сна… Моим ученикам пришлось использовать ценные артефакты, чтобы выдержать такой путь… И теперь вы говорите мне, что больные умерли. И все?!

Шен растерянно подумал, что, если выворачивать подобным образом, это звучит довольно нелепо.

— Супруга слуги Чжи выглядела болезненно, когда мы разговаривали с ней, — припомнил Муан.

Шен с благодарностью посмотрел на него.

— Ну что ж… — сдерживая раздражение, произнес Заг. — Пойдемте взглянем на нее… Раз уж я прилетел!

Шен с энтузиазмом кивнул.

— Что с вашей рукой, старейшина Шен? — заметил Заг.

— Ничего страшного, — отмахнулся тот. — Лучше идемте за мной, проверим больную. И, старейшина Заг, мой ученик словил собой стрелу… Местный лекарь сказал, что ничего серьезного, но я беспокоюсь о том, правильно ли обработана его рана и не пойдет ли…