«Да что б Демна-как-его-там забрал эту силу с собой в могилу!!»

— Шен?

Тот, наконец, окончательно очнулся из-за этого тихого оклика и перевел взгляд на Муана, стоящего у противоположной стены. Старейшина пика Славы напряженно смотрел на него, прижимая к груди пораненную руку. От увиденной картины Шен еще сильнее побледнел.

— Уходи, — округлившимися глазами смотря на мечника, произнес он. — Уходи, пока я не навредил тебе еще больше.

Муан посмотрел ему прямо в глаза, а затем быстрым шагом вышел прочь из комнаты.

Шен прикрыл глаза и сполз на пол. Он чувствовал, как саднит рука и щека. Стоило темной подавляющей ауре ослабнуть, как тут же вернулись голоса:

«Он тебя презирает!»

«Он так быстро ушел — и больше не вернется!»

«Жалко, ты не можешь исчезнуть. Было бы лучше тебе перестать жить».

Шен почувствовал тошноту. Пол, в который он упирался руками, качался, словно палуба на волнах.

Внезапно его тело окутало тепло, сильные руки сомкнулись за его спиной, прижимая к широкой груди. Шен нырнул носом в ворот светлой одежды и растерянно замер.

— Я не отпущу тебя только потому, что ты боишься меня ранить, — констатировали сверху.

Шен опасался поверить, что это ему не мерещится. Если на утро выяснится, что он все это придумал, чтобы хоть на время сбежать от своего отчаяния, — он точно сойдет с ума. В тот же миг сойдет с ума. Голова раскалывалась от эмоций и противоречивых мыслей, во рту почему-то пересохло. Мир вокруг кружился, а он продолжал сидеть, не в силах как-то реагировать.

— Пусть я не понимаю, что именно происходит, одно я понял точно: ты неправильно понял мои слова. Пусть я и злился, это вовсе не значит, что ты перестал быть мне дорог. Этого не изменит один твой опрометчивый поступок.

Шен все еще сидел с закрытыми глазами, уткнувшись носом в одежду на его груди.

«Ну, он хотя бы не защищается, пуская в ход свою темную энергию, — рассудил Муан, — уже достижение». Муан вздохнул и провел рукой по его волосам. Они стали жесткими и сухими, совсем не то, что раньше.

— А два? — внезапно спросил Шен. — А три?

— Что? — не уловил Муан.

Он чуть отстранился и заглянул в его лицо.

— Сколько опрометчивых поступков у меня в запасе?

Муан закатил глаза и протяжно вздохнул, а затем вновь сгреб его в охапку, с силой прижимая к себе. Он обнимал так сильно, что Шену стало почти нечем дышать. Но все равно тот не собирался протестовать.

— Не знаю, мое терпение все же не безгранично, — поделился сомнениями Муан.

Прижимая ухо к его груди, Шен слышал, как его голос рокочет внутри. Он улыбнулся, прикрыв глаза. Однако вскоре его потянули вверх и поставили на ноги.

— Думаю, тебе необходим отдых, — строго произнес Муан. — Ты… Не хочу тебя расстраивать, но в последние несколько дней ты на самом деле выглядишь еще хуже обычного.

Брови Шена нахмурились.

— В смысле я всегда плохо выгляжу?

Черствый Муан с готовностью кивнул. Шен вздохнул, чуть усмехнувшись. Муан подтвердил это с таким непосредственным видом, что нельзя было ни на мгновение усомниться, что он не собирался его задеть, а говорил от чистого сердца.

— А ты… — начал было Шен, но смущенно замолчал.

Вспомнив о том, как он метался в бреду, пока не схватил его руку, Муан готов был рискнуть, предположив, что именно он хочет сказать. А даже если он и не прав — этого хочет он.

— Я подожду здесь, пока ты заснешь, если ты не против. Просто… Просто хочу удостовериться, что с тобой ничего не случится, стоит мне выйти за дверь.

Шен скосил глаза в пол и кивнул.

Рассеянно блуждая взглядом по комнате, Муан дождался, пока он снимет верхнюю одежду и залезет под одеяло. Так как мечник обещал всего лишь дождаться, пока Шен уснет, он пододвинул к кровати стул и сел со степенным видом. Шен, закрывший на какое-то время глаза, открыл их и уставился в потолок.

— Слушай, Муан, — произнес он, не переводя на того взгляд, — я тебе нравлюсь или раздражаю?

В комнате воцарилось молчание.

— Обязательно выбирать что-то одно? — уточнил Муан.

Шен больше ничего не говорил.

— Ну а как ты думаешь? — протяжно вздохнув, спросил Муан, намекая на очевидное. — Разве я сидел бы сейчас здесь, если бы ты просто раздражал? Или говорил бы тебе, что считаю тебя близким человеком? Или злился бы, когда ты рискуешь своей жизнью?

— Да, но из-за нашей связи…

— Да забудь ты про эту связь!

Шен перевел на него недоуменный взгляд.

— Ты ведь сам всегда злишься, когда я о ней «забываю»…

Снова никто больше ничего не сказал. Муан только головой покачал, перебирая мысленно слова и не зная, что произнести вслух. Черт. Он, должно быть, и в самом деле слишком часто приплетал к их спорам «связь», прикрываясь ею как щитом и скрывая за ней другие мотивы своих поступков. Злился бы он, что Шен рискует своей жизнь, если бы не было их связи? Конечно, злился бы! Пытался бы разговаривать и лучше понять его, если бы не чувствовал эту тяжесть на сердце из-за их связи? Конечно, пытался бы. Хотел бы говорить с ним, пить с ним чай, гулять по мостам, дискутировать, подкалывать, заботиться? Конечно.