Отрицательно качаю головой.

— Не всё так просто, Гар. Популярность — штука временная. Как только скандал затихнет, обо мне все забудут. Даже если нет, ситуацию это не изменит. Уве всё равно располагает достаточными ресурсами, чтобы превратить меня в отбивную, не запачкав руки.

Тот ненадолго задумывается. И наконец задаёт правильный вопрос.

— Что тогда делать?

Отлично. Теперь парень считает, что мы на одной стороне. И, скорее всего, согласится сыграть свою роль, какой бы она ни оказалась. Конечно, если я не попрошу его грохнуть Уве или кого-то ещё.

— У меня есть пара идей, как прекратить всё без лишнего шума. Но для этого потребуется помощь.

Судя по излучаемым эмоциям, он готов согласиться сразу же. Но всё-таки находит в себе силы задать уточняющий вопрос.

— Что именно мне придётся делать?

Смышлёный малый. Сходу сообразил, что от него потребуется активное участие. Даже жаль будет разменивать эту пешку.

— Всего лишь трахнуть Маффу. В обстоятельствах, которые не допустят разночтений. Думаю, тогда наша свадьба отменится сама собой.

Чувствую мощную волну негодования, к которой добавляется точно такая же порция похоти.

— Это как? С чего ты вообще взял, что у меня получится?

С трудом сдерживаю усмешку.

— Она с трудом контролирует себя, когда выпьет. Всё, что требуется, — выбрать подходящий момент, а потом сделать своё дело. Так, чтобы я смог заснять это на видео.

Теперь он смущён. Настолько сильно, что это заметно визуально: у уроженца Южной Африки меняется цвет лица.

— На видео? Но... А если она будет против?

Тяжело ему придётся в жизни. Такие относительно честно упёртые всегда дохнут первыми. Взять хотя бы нашу Тридцатку. Всё, что было нужно для нашего выживания, — наплевать на принципы и действовать так же, как все остальные. Но вместо этого мы честно и благородно передохли по одному.

— Она не будет против. Ну а видео нужно для того, чтобы предъявить её отцу ультиматум — либо отменяет свадьбу, либо я публикую его в социальных сетях. Прямо обвинив потенциального тестя в угрозе убийством и шантаже. Тогда крыть ему будет уже нечем.

На самом деле на возможности Уве нанести ответный удар такой ход повлияет слабо. Но Гарону ни к чему знать о настоящем плане, который только начал формироваться в моей голове. Сам африканец после короткого раздумья кивает. Но сразу же неуверенно интересуется:

— А потом? Ну... Я пересплю с Маффой, свадьбу вы отмените. Она ведь не обязательно будет со мной.

— Тут уже всё зависит от тебя. Постарайся трахнуть так, чтобы она это запомнила и захотела ещё.

Бросаю взгляд на часы, до начала занятия осталась всего пара минут.

— Думаю, нам пора. Как только я придумаю, как всё провернуть, дам тебе знать.

Парень молчит, но судя по излучаемым эмоциям, внутренне уже согласен с предложением. Возможно, правда рассчитывает заполучить блонду. А может, хочет хотя бы раз пристроить свой член к заветной дырке. Скорее всего, всё вместе и сразу.

Семинар пролетает незаметно, как и все последующие пары. Единственное занятие, которое слегка выделяется, — изучение базовых техник, где внезапно проявляют себя Маффа с Гароном. Африканец явно воспринимает это как знак, а вот раскрасневшаяся блонда постоянно одёргивает платье, излучая смущённое возбуждение. Забавно. Будь я на месте преподавателя и окажись в курсе, заставил бы её каждый день щеголять без трусиков, чтобы повысить продуктивность.

Когда заканчивается последнее занятие, ещё раз открываю письмо о назначении экзамена, находя нужную аудиторию. Потом долгие пятнадцать минут добираюсь до минус второго этажа в соседнем корпусе. Остановившись перед закрытой двустворчатой дверью, перевожу дух и вытираю со лба пот. Грёбаная жирная туша потеет, как долбаная свинья. Надеюсь тренер поможет максимально быстро прийти в норму.

Избавившись от солёной жидкости, заливающей глаза, прислушиваюсь к своим ощущениям. Странно, но сейчас я не чувствую ни единого отклика. Как будто внутри помещения никого нет. Хотя по идее там уже должна собраться экзаменационная комиссия. Нахмурившись, оглядываюсь по сторонам. И чуть помедлив, тяну обе створки дверей на себя.

Что интересно, люди внутри всё-таки присутствуют. Троих я уже знаю. Квинт Сервилий, курирующий первый курс. Анна Салвец, сейчас внимательно меня разглядывающая. И грёбанный Келсий, что сидит со скучающим выражением лица, разглядывая какой-то документ на столе. Ещё двоих вижу впервые. Мужчина, выглядящий лет на сорок, в свитере и потёртых джинсах. Плюс совсем молодая девушка в куртке, напоминающей мотоциклетную.

Но всё это образы. Картинка, которую они показывают миру. Сколько им лет на самом деле, сказать сложно. Возможно полностью соответствуют своему внешнему виду. Но есть и противоположная сторона медали — возраст каждого из них может исчисляться веками. Единственный человек, о котором я нашёл документальные факты, Салвец. С возрастом, правда тоже возникли проблемы. Но ей точно не больше сорока пяти. Пусть за счёт процедур и выглядит, максимум на тридцать. О Сервилии в сети только пара скупых упоминаний, которые связаны с университетом имени Джанко. А про Келсия вовсе ни строчки. Либо сменил имя, либо кто-то тщательно вычистил все упоминания о его биографии.