Смысл вопроса доходит до меня спустя секунд десять. Всё же мозг ещё не совсем отошёл от недавней атаки. На втором этаже моего дома труп Септимуса, который однозначно работал на государство. И это сучий менталист, а не простой одарённый. Его точно станут искать. И возможно проследят путь до особняка.

Отойдя в сторону, тяжело опускаюсь в соседнее кресло. А и правда, как мне быть с телом этого выродка? Поступить так же, как с дворецким, не выйдет. Если быть более точным, то перемолоть его в фарш служанки безусловно смогут. Я, к слову, уже чувствую отклики их сознаний — сейчас девушки проверяют второй этаж, пытаясь отыскать нападавшего, либо кого-то из нас. Но фокус с утилизацией тела не поможет, когда здесь объявятся оперативники министерства безопасности. Уверен, если у них возникнут серьёзные подозрения, то они снова притащат менталиста. На этот раз другого, но скорее всего куда более опасного. Всё-таки, в этот раз речь идёт об убийстве ценного специалиста, с которым не так легко справиться.

Собственно, основная причина его гибели — недооценка противника. Выруби он Ранну или хотя бы оставь за пределами гостиной и ситуация могла развернуться кардинально иным образом. Знакомый расклад — стоит тебе почувствовать власть над разумами других людей, как начинаешь считать себя едва ли не высшим существом. Болезнь, которая проходит при первой ошибке, которая едва не привела к гибели. Либо обрывается вместе с жизнью носителя.

В дверях появляется Айла, которая держит руки так, чтобы можно было сразу ударить техникой. Обведя нас взглядом, задерживает его на трупе и слегка расслабляется. Заходит в комнату и вздохнув, упирает глаза в пол.

— Мы не смогли сопротивляться. Он появился, как из ниоткуда, господин. Вроде бы только что никого не было, а потом я прихожу в себя около входной двери, а он заходит внутрь. Ещё один провал в памяти и я уже лежу на полу гостевой спальни, неспособная шевельнуть и пальцем.

Шумно выдыхает воздух.

— Простите меня, господин.

Раздражённо морщусь.

— У тебя всё равно не было ни единого шанса. Это Септимус.

Азиатка поднимает глаза, сразу же скосив их на Ранну.

— Да, я видела кольца. Но она справилась, а я нет. Простите.

Да вашу же мать. Сколько можно извиняться? Тем более, служанка никак не могла остановить менталиста — их с Падмой взяли под прямое управление на весьма серьёзной дистанции.

— Хватит. Проверь записи камер наблюдения. Они должны зафиксировать момент его входа на территорию особняка.

Девушка кивает, сразу же удалившись в коридор, где её уже ждёт растерянная Падма. Я же перевожу взгляд на Ранну.

— А мы с тобой обыщем тело этого ублюдка и прикинем, что делать с его телом.

Небольшой, роскошно обставленный кабинет. Два мрачных мужчина, которым на вид около пятидесяти лет. Впрочем, сколько им на самом деле, сказать сложно — процедуры омоложения для одарённых позволяют поддерживать хорошую физическую форму на протяжении крайне долгого времени.

— Твой правнук не просто менталист. Он гений. В буквальном смысле. Без всякого обучения и наставников, смог провернуть несколько сложных операций. А этим вечером стравил между собой две влиятельные семьи, к каждой из которых у него были свои счёты.

Мужчина, сидящий напротив хозяина кабинета, слегка разводит руками.

— Он бы нам очень пригодился, Весп. Сам понимаешь, менталист, который связан с тобой кровью и лоялен не из-за денег, это ценный инструмент.

Веспасиан Корнелий, расположившийся в громадном кожаном кресле, укладывает руки на стол и с сомнением качает головой.

— Я бы не сказал, что он провернул что-то действительно сложное, Гирр. Всё, на что хватило этого олуха, обучиться некоторым трюкам и относительно грамотно их использовать. Не спорю, внушает уважение. Но ты предлагаешь рискнуть моими людьми. Ещё не забыл, что это наша страховка на случай, если у императора окончательно протекут мозги?

Его собеседник машинально оглядывается на дверь. Вернув взгляд на Веспасиана, растягивает губы в печальной ухмылке.

— Для этого он и нужен. С такими способностями к контролю, мы сможем перехватить многих чиновников. Всё, что нужно, организовать обучение парня. А потом мы сможем бесконечно расширять сеть агентов влияния.

Корнелий придвигается чуть вперёд, уставившись на своего собеседника.

— Отдав власть в руки паренька, который вырос где-то в Дели? Ты думаешь, он будет предан только из-за того, что я его прадед? Как только он освоится, то поймёт, что есть масса вариантов выгодно продать нас и упрочить своё положение.

Замолкает и видя, что его давний друг хочет что-то сказать, взмахивает рукой, прерывая его. Заканчивает свою мысль.

— Он ничем нам не обязан. А после организации принудительного трансфера на Балканы вполне может посчитать врагами. К тому же у императора немало своих собственных менталистов. Преторианцы раскусят его в два счёта. После чего перебьют нас всех вместе с семьями.

На этот раз, Гирр несколько секунд выжидает. Убедившись, что Корлений не собирается ничего добавлять, отвечает.