Мужчина глянул на нее и потом на стражника, что встал и тряс головой.

— Вернемся за твоим братом и остальными.

— Нет, — покачала она головой. — Слишком много времени уйдет. Сейчас представилась прекрасная возможность, для того, чтобы сделать все тихо и уйти с мальчиком на корабли -

— Там сотни таких, как он, — кивнул в сторону воина, Устин. — Еще там находятся Сестры, что с ними будем делать, если натолкнёмся на них?

— Не переживай, — Байян поманила рукой стражника. — Он проведет нас мимо всех. Никто и не поймет, для чего мы здесь. Тихо войдем, тихо выйдем, — она обратилась к подошедшему мужчине. — Отведешь нас к комнате, где находится мальчик, о котором ты рассказал. И чтобы никто не задал нам не единого вопроса, никто не должен про нас знать.

— Хорошо, — поклонился стражник, — я сделаю так, как вы приказываете, идемте за мной, — он вышел из переулка и зашагал по темной улице в сторону дворца.

Устин, еще раз глянув по сторонами, двинулся вслед за ним, а Байян легкой походкой пошла за ними.

Он действительно провел их мимо всех, зайдя с одного из входов дворца, про который знали только те, кто постоянно им используются. Небольшая калитка, закрытая изнутри, условный стук в нее и она была открыта. Охранник, стоявший там, был так же подчинён воле Байян, но остался на посту, чтобы не вызывать подозрений. А так как стояла ночь, то никого кроме стражи не было видно. Время глубокого сна, то, что было нужно Устину и Байян.

Идя узкими коридорами, они прошли достаточно, чтобы запутаться, если бы были одни. Снаружи дворец выглядел просто, а вот изнутри оказался настоящим лабиринтом.

— Хитрые бестии! — прошептала Байян, когда они проходили очередную комнату, что была перекрёстком для коридоров. — Они многому научились, с тех пор, как были обычными служками у моей сестры.

Устин шел за ней, поглядывая по сторонам и держа меч наготове. Конечно, он знал про вражду между Семьёй и Сестрами. Тахир много рассказал им за то время, пока они направлялись в Анджун. И он был согласен с тем, что Сестры были чистым злом, так же, как и те, кто правил Капитулом, их всех необходимо уничтожить.

Байян оглянулась на него, ее бездушная маска отразила свет факела, мимо которого они проходили.

— Ты очень зол на них, я чувствую это, — произнесла она. — Ничего, мы с ними поквитаемся рано или поздно.

— Мы пришли, — произнес стражник, встав перед дверью, что была невзрачного вида.

— Почему нет стражи? — спросила Байян.

— Я не знаю, — пожал плечами охранник. — Вы сказали привести туда, где был мальчик, я привел.

Устин подошел к двери и приложил ухо.

— Либо там никого нет, либо там засада, — он глянул на Байян, что встала рядом.

— Заходим, — она толкнула дверь и первой зашла в комнату, за ней следом Устин с мечом и щитом, закрываясь от атаки, если их ждала засада.

Комната оказалась совершенно темной и с виду пустой. Устин вышел в коридор и, взяв факел, вернулся обратно. Найдя, где его можно закрепить на стене, он огляделся. Она была большой с высоким потолком, здесь даже стояла ванна, сделанная из мрамора. Далее, в глубине, была видна большая кровать с балдахином. Да и в целом было видно, что комната вся богато украшенна. Столик с бутылками непонятного назначения, большое зеркало, шкафы с богатой одеждой.

— Он явно здесь жил, — Байян показала на стул, на котором была видна детская одежда. — Но сейчас его здесь нет.

Со стороны входа послышался шум, они обернулись посмотреть, что происходит. В комнату быстрой походкой зашел невысокого роста старик. Весь сухой уже от возраста и с гладко выбритой головой, его вид говорил о том, что он достиг высокого ранга. Старик с надменным видом огляделся и, увидев их, удивлённо спросил, зашедшего за ним, охранника:

— А это кто такие? Ты почему пропустил этот непонятный сброд в эту комнату? Знаешь ведь, что здесь нельзя находится посторонним.

Его глаза продолжали смотреть на Байян, он начал что-то подозревать. Сощурившись, он буквально за доли секунды выхватил небольшой деревянный свисток и поднес его к губам, собираясь вызвать охрану.

— Не дай ему, это сделать! — Байян крикнула охраннику, тот молча ударил старика, не ожидавшего от него никаких действий, по лицу ладошкой, разбив ему губы и выбив свиток, который покатился по полу.

Потом он скрутил ему руки и, прижав к себе, лишил возможности двигаться.

Байян и Устин подошли к ним, наблюдая за тем, как старик пытается вырваться, постоянно сплевывая кровь, что текла из разбитых губ.

— Зариф! — он пытался повернуть голову, пытаясь увидеть лицо стражника, державшего его. — Я не понимаю, как ты мог переметнуться на сторону этих людей? Все знают Сестёр и меня, никто не посмеет просто так, без последствий, вторгнуться к нам во дворец. А ты еще и помогаешь им? Ты понимаешь, что наказание теперь тебе одно, смерть! И это не просто смерть от клинка, ты будешь умирать долго вместе со своими соучастниками, на главной площади Дороса! — он замолк, чтобы снова плюнуть и потом продолжил говорить, смотря в пол. — С вас всех заживо сдерут кожу, медленно чтобы ваши мучения видели все. Сестры будут поддерживать ваши жалкие жизни, как можно дольше, а потом, когда все-таки вы умрете ваши головы будут висеть над главными воротами.