Кто будет убивать своих перед возможной войной?

Мои работодатели.

Исходили из того, что если ненадёжные люди переметнутся, то переметнутся вместе с точкой, складом, территорией и так далее, что в минус нам. Потому заменяли их на проверенных, которые будут держать точку до последнего. Всё же не последнее место занимала и территория, которую контролировал наркокартель. Каждый отданный дом — это поражение.

— Так вот, о чём я, ты берёшь Фиесту и едешь убивать цель. Чувак решил кинуть нас и скрыться, прихватив с собой товар. Делаешь всё быстро, молча и без палева. Устраняешь, забираешь нагло спизженный товар, после чего возвращаешься. Может в скором времени у нас надыбается та самая крыса, которая сдала тебя с Фиестой и Гребнёй.

— Ты знаешь, кто это?

— Догадки, — сделал он жест рукой, выражающий неопределённость. — А пока давай, дуй на задание.

— Эм… Бурый, — решил я поднять давно назревший вопрос. — Я не поеду с Фиестой.

От моих слов у него полезли брови верх.

— Прости?

— Она меня пристрелит. С тем же успехом я могу сбегать голым на территорию банд, крича, что они уёбки.

— Ты боишься Фиесту? — удивился он. — Она же душка!

— При тебе. Но без тебя она едва ли меня не избивает. Уже были прецеденты, когда она направляла на меня ствол. Я выполню задание, без вопросов и обсуждений, но не мог бы ты… сменить моего сопровождающего? Пожалуйста.

Я с того раза почти не пересекался с ней, а Фиесту интересовали или поставленные перед ней цели, или её ногти. Она могла часами стоять или сидеть, смотря в одну точку или на ногти, что свидетельствовало о её нестабильном психическом состоянии. Я удивлялся, как она вообще работает, и боялся её больше, чем хитрожопого Бурого. Всё потому, что он следовал определённой логике и можно было проследить порядок его действий.

Фиеста была самой хаотичностью во плоти.

— Фиеста, сучка, ты чё, трогаешь нашего новенького?

— Нет, — невозмутимо и безразлично ответила она, смотря на меня.

— Она говорит нет.

— Фиеста убьёт меня.

— Если она приедет без тебя, то её голова будет покоиться рядом с твоим телом, и она это знает. Мы своих не убиваем, — спокойно ответил он.

Не хватало добавить: «без приказа сверху». Я в жизни не поверю, что они не устраняют своих. Это ещё одна проблема такого рода деятельности — ты всегда под прицелом и тебя всегда могут убрать. Единственный способ выжить — быть ниже травы, тише воды, и то не факт. А кто хотел пробиться выше, рисковал нарваться на неприятности. Однако там, где высокие ставки, были и высокие награды.

Но я не рвался туда. Я вообще не рвался никуда. Я хотел выйти отсюда.

Отсюда следует вопрос — почему же не выбрался до этого?

Но тот, кто его задаст, видимо, никогда не связывался с этим и не понимает, что это не клуб по приглашениям. Здесь ты не можешь выйти через месяц после захода. Может только через несколько лет, а может и через десяток, и то если повезёт. Из-за этого и говорят, что бывших бандитов почти не бывает, и они никогда не делают накоплений, так как ни о какой спокойной старости после криминала речи идти не может. Никто просто не доживает до того момента.

Это путь почти всегда в один конец. Я, чтоб выйти, поплатился своей прошлой жизнью ради этого. Не надо говорить, чем я могу поплатиться теперь.

Поэтому пока я не рыпался, копил деньги и ждал. Ждал того момента, когда смогу уйти и не испробовать собственные жареные яйца, как обещал мне Бурый. А пока оставалось лишь работать, так как иначе они сами уволят меня в один конец.

— И всё же…

— Не обсуждается, — обрубил он твёрдо и уже другим голосом, менее дружелюбным. Вся его хитрица плута спадала, обнажая куда более холодное и расчётливое существо.

— Ясно, — кивнул я.

— Поверь, что бы Фиеста ни делала, она делает это от большой любви.

— Буду надеяться и верить всей душой.

— Верь. И вот тебе подарок, — кинул он мне что-то, и только поймав, я смог разглядеть, что это было.

Но всё равно не понял.

Видимо, он увидел моё непонимание.

— Это глушитель.

— Эм… он не накручивается, да?

— Безрезьбовой глушитель на глок. Считай, подарок на первое дело. Всё-таки шуметь нам нельзя, верно? Вернее, вам.

— Да, — кивнул я.

— Всё, теперь валите. И Фиеста, не дай бог… — указал он в её сторону пальцем.

— Угу.

Мы вышли с нашей штаб-квартиры, после чего сели в непримечательную машину кадиллак с квадратными фарами спереди. Немного ржавая снаружи и пахнувшая плесенью внутри, она отлично вписывалась в город. Словно звездолёт в системе, к которой он отлично приспособлен. И название этой системы — Нижний город. Звёздная система с очень агрессивными островками цивилизации, где тебя или сожрут чёрные дыры, не оставив ничего, или твари, что обитают в глубине космоса.