В глазах ангела мелькает ужас. Видит, как из-под носа уплывает шанс вскоре заключить Нейт в свои объятия? Эта мысль отдается болью в сердце, но я ее игнорирую. Затем медленно направляюсь к Данте и сажусь рядом с ним. Откидываюсь на подушки, поскольку у меня немного кружится голова. Я все еще недостаточно отдохнула.

– Когда ты в последний раз ела? – интересуется Азраэль, от внимания которого, похоже, не ускользает ничего.

– Сегодня в обед, – нехотя отзываюсь я. К этому времени у меня явно упал уровень сахара в крови. – Гарольд приготовил чай и сэндвичи. Кимми, ты не могла бы…

Однако Азраэль уже вылетел за дверь и скрылся в коридоре.

– Тебе действительно стоит лучше о себе заботиться, – укоризненно произносит Гор.

К сожалению, он прав, пускай его это и не касается.

– Азраэль может передать твою просьбу совету. – К счастью, Данте меняет тему, обращаясь напрямую к Платону. – Но не ожидай слишком многого. Вы с Гекатой нарушили наши закон. Со времен Аль-Джанна строжайше запрещено создавать новых бессмертных, и вы об этом знали.

– Она меня предупреждала, – кивает Платон. – Однако я все равно настоял. Геката ни в чем не виновата. Я не желал умирать, и мне было наплевать на цену.

Очевидно, имелась в виду цена, которую пришлось заплатить богине. Мужское высокомерие способно свести с ума. Азраэль поведал нам с Малакаем историю об Аль-Джанне. Этот джинн при помощи заклинания превратил несчетное множество своих собратьев и ангелов в демонов, которые впоследствии примкнули к армии Сета в битве против аристоев.

– Полагаюсь на ваше слово. – Платон достает второй конверт и протягивает его мне. – И иду на очень большой риск.

Его поступок поражает даже меня, но, вероятно, вампир пребывает в еще большем отчаянии, чем готов признаться.

Гор подается немного вперед, а Данте хмурится. Они не доверяют Платону. Не могу их за это винить. Чуть больше скептицизма в прошлом мне тоже не помешало бы.

– Сейчас вернусь. Принесу первую страницу из сейфа. А вы пока не поотрывайте друг другу головы.

В коридоре мне навстречу попадаются Гарольд и Азраэль.

– Ты куда? – строго вопрошает ангел.

– Устроилась на работу в стриптиз-клуб, потому что потеряла все свое состояние. Не хочу опоздать на первую смену.

У Азраэля раздуваются ноздри, а дворецкий хохочет. Кстати, он несет полный поднос с сэндвичами, чашками и чайником. Хотя все вкусно пахнет и у меня до сих пор от голода кружится голова, я обхожу мужчин и направляюсь в кабинет. Там вынимаю из сейфа первый конверт, а также беру со стола перчатки и ноутбук. На мгновение задаюсь вопросом, где Сет, но не хочу ждать, пока он объявится. Так или иначе, я не собираюсь утаивать от него содержимое письма.

Собрав все необходимое, разворачиваюсь и обнаруживаю в дверях Азраэля.

– Тебе не следовало принимать Платона одной.

Я закатываю глаза.

– Со мной оставались Гарольд и Селкет.

– Вампирам нельзя доверять, – продолжает он без тени юмора в голосе. – Возможно, человеком он был мудрым и дальновидным, но с обретением бессмертия изменился, причем не только внешне, но и по сути.

– Допустим, – ледяным тоном откликаюсь я. – Но я не собираюсь по этой причине отказываться от его помощи. Хотя спасибо за предупреждение, и вправду приятно знать, как к тебе относятся. – Мои слова буквально сочатся сарказмом. – Если боишься его, можешь не задерживаться. Позже я с удовольствием отправлю тебе отчет. Как поступаю со всеми своими клиентами.

– Ты знала, как я к тебе отношусь. – Ангел обратил внимание на мою подначку, а вот на попытку выгнать его, увы, нет.

Ничего я не знала. Просто обманывалась. Больше со мной такого не случится.

– Как скажешь.

Собираюсь протиснуться мимо, но ангел хватает меня за руку.

– Внимательнее выбирай тех, к кому проявляешь благосклонность.

Он имеет в виду не только Платона, но и, судя по всему, Сета.

– Спасибо за совет, – говорю, едва сдерживая гнев. – А теперь отпусти меня. Единственный, к кому не стоило проявлять благосклонность, как ты по-идиотски выразился, это ты.

Опустив руку, Азраэль делает шаг в сторону. Мы молча возвращаемся к остальным. Кимми пытается разрядить царящую и здесь тоже мрачную атмосферу, пока наливает всем чай. Странная ситуация, но изменить я ничего не могу. Чем быстрее мы выясним, где спрятано это проклятое кольцо, тем быстрее меня снова оставят в покое. Я устраиваюсь в кресле, пью чай и съедаю два сэндвича с огурцом. И после этого чувствую себя готовой к новым столкновениям.

Азраэль со скрещенными на груди руками застыл у окна. Он не притронулся ни к чаю, ни тем более к сэндвичам. Их ангельское величество предпочитает деликатесы. Как по мне, так пусть умрет от голода. А где же четвертая из их небольшой шайки? Наверняка где-то поблизости. Не удивлюсь, если Энола лежит в засаде на крыше соседнего здания.

Надев перчатки, я кладу папирусы рядом на стол. Второй оказался похожим на первый, но написан более убористым почерком. Сначала я зачитываю вслух первую страницу, а потом перехожу ко второй. От волнения под перчатками у меня потеют ладони. То, что творил Александр, – чистейшей воды безумие. Никто из присутствующих не издает ни звука, ловя каждое слово, пока я читаю письмо.

«Утром мы сожгли мертвецов и двинулись дальше. Пункта назначения достигли под полуденным солнцем. Загадки Соломона привели нас к городу, над которым висел запах смерти и страха. Мы издалека слышали завывания демонов. И вновь Гефестион стал умолять Александра повернуть назад. Однако царя было уже не остановить. Вскоре из марева показались руины. Мы стояли перед остовами храмов и дворцов. Великолепные прежде улицы лежали в развалинах. Александр обошел город по кругу один раз, затем второй. Солнце уже клонилось к закату, когда он объезжал его в третий раз. Вой демонов стал громче. Мы с Гефестионом не осмеливались разжечь костер, чтобы не привлечь их внимание. Какое-то время спустя царь все-таки слез с коня. А после того как последние лучи солнца скрылись за горизонтом, из темноты перед нами возникла фигура. В том месте не было ни прохода, ни ворот. Фигура как будто вышла прямо из камня и медленным шагом направилась к нам. Я разглядел старика, закутанного в мантию песочного цвета. Вокруг его головы был повязан тюрбан, а щеки и лоб покрывали необычные татуировки. Гефестион потянулся за мечом, но мужчина просто поднял ладонь, и неведомая сила выбила клинок из его пальцев. У меня кровь застыла в жилах, когда я понял, кто он. Перед нами стоял один из легендарных магов Соломона. Они обладали силой, равной бессмертным. Только из-за нее Соломон их выбрал.