– Все, что я знаю, это то, что я дала слово, – пробормотала она так тихо, что он едва разобрал ее слова. Возможно, потому, что Спенсер был с ней рядом. – И сдержу его, чего бы мне это ни стоило. Слышишь, Бо?

– Я понимаю. – Он рассеянно покосился на экран телевизора, где показывали залитую солнцем Калифорнию и очередная голливудская звезда, сияя белозубой улыбкой, что-то вещала в услужливо подставленный микрофон.

Джордан молчала.

– Послушай, – пробормотал Бо, посмотрев на часы, – я сейчас еду на это чертово совещание. И не позднее чем через два часа уйду, даже если для этого придется послать Лэндри ко всем чертям. Я вернусь, как только смогу, слышишь, Джордан? Очень скоро я буду с вами – с тобой и Спенсером. И тогда решим, что делать. Не волнуйся. Что бы ни случилось, ни один волосок не упадет с его головы – я тебе обещаю.

– Спасибо, Бо.

– Не отходи от телефона. И ради всего святого, оставайтесь оба в доме! Ветер с каждым часом усиливается, и это, сдается мне, еще только начало.

– С нами будет все в порядке. Не волнуйся. И возвращайся поскорее.

– Непременно. Жди.

– Ладно.

Он услышал слабый щелчок, когда она повесила трубку. Повернувшись к телевизору, Бо направил на него пульт, как вдруг что-то прямо за плечом комментатора привлекло его внимание.

Это была желтая ленточка, которой обычно пользуются полицейские, чтобы огородить место происшествия. За ней виднелись обведенные мелом два силуэта – мужской и женский. Подпись внизу экрана гласила: «Убийство в Филадельфии».

Бо тотчас включил звук и впился взглядом в экран. Камера чуть повернулась, и появился репортер – он стоял возле кирпичного особняка в георгианском стиле, скрывавшегося в густой зелени листвы на маленькой, тихой улочке.

– …относительно возможных подозреваемых полиция пока предпочитает хранить молчание. Однако из достоверных источников нам стало известно, что между убийством Рено Эверилла и делом его высокопоставленного клиента, чьи интересы он в скором времени должен был защищать, скорее всего существует определенная связь.

Бо словно врос в землю. Сердце его больно колотилось о ребра.

– Обвиняемый Джеймс Шелтон, условно-досрочно освобожденный из тюрьмы, где он отбывал наказание за педофилию, в скором времени должен предстать перед судом по обвинению в еще более страшном деянии. Его подозревают в убийстве. Полиция предполагает, что именно он задушил нескольких девушек в округах Филадельфия и Нью-Джерси – в том числе и Лайзу Гизонни, дочь печально знаменитого Джозефа Гизонни по кличке Лось, наемного убийцы, входившего в хорошо известное гангстерское семейство Берамино. Шелтон, выбиравший свои жертвы, повинуясь случайному импульсу, уже сознался в том, что похитил, изнасиловал, а затем задушил несчастную девушку в вечер сочельника 2000 года. Все были уверены, что, когда дело дойдет до суда, он будет признан виновным – до того дня, когда Рено Эверилл стал его адвокатом. Напоминаем, что Рено Эверилл в последние годы успел приобрести шумную известность благодаря нескольким выигранным им громким процессам, как раз подобным этому.

Бо затаил дыхание. Присев на краешек дивана, он не сводил глаз с экрана, где лощеный адвокат с надменным выражением лица сопровождал своего клиента, уродливую рябую физиономию которого не могли облагородить ни суперэлегантная стрижка, ни новехонький, с иголочки, шикарный костюм.

– Теперь Шелтону, вполне возможно, будет вынесен оправдательный приговор. Но наши коллеги из Эн-би-си только что сообщили, что шестнадцатилетняя дочь Шелтона, которая живет в Нью-Йорке со своей матерью, бывшей супругой Шелтона, вот уже несколько дней как исчезла из дома.

На экране появилась фотография – молоденькая девушка с жидкими прямыми волосами и отсутствующим выражением лица.

– Несмотря на свой совсем еще юный возраст, дочка Шелтона уже успела завоевать репутацию закоренелой алкоголички и наркоманки. И хотя всем известно, что она и раньше имела обыкновение на день или два исчезать из дома, среди ее знакомых ходят упорные слухи о том, что теперешнее ее исчезновение особое. Поговаривают, что за ним стоит сам Джозеф Гизонни. Впрочем, его имя связывают и с недавним двойным убийством – адвоката Шелтона Рено Эверилла и его жены Фиби.

На экране снова замелькали кадры полицейской хроники – упакованные в черные мешки тела запихивают в машину, – и к горлу Бо подкатила тошнота.

– На ту ночь, когда были убиты супруги Эверилл, у Гизонни есть безупречное алиби, однако наш источник утверждает, что преступные связи Гизонни хорошо известны и он вполне мог заказать убийство знаменитого адвоката и его жены. После того как Эверилл согласился взять на себя защиту Шелтона, Гизонни не раз при свидетелях угрожал расправой адвокату и его семье.

Хорошо знакомое лицо заполнило собой весь экран, и Бо сдавленно ахнул. Снимок наверняка был сделан не больше месяца назад. На нем Спенсер выглядел в точности так же, как сейчас. Подставив лицо солнцу, малыш безмятежно улыбался. В руках у него была удочка. Похоже, его сфотографировали на яхте.

– Что же касается маленького Спенсера Эверилла, четырехлетнего сына Рено и Фиби, то полиция вначале пришла к выводу, что на момент убийства он находился на яхте и был убит вместе с родителями, а тело сброшено в воду. Однако тела мальчика пока не нашли. И теперь, когда в течение нескольких дней полицейским ныряльщикам так и не удалось ничего обнаружить, все чаще высказывается предположение, что мальчик не был убит. Вероятно, его похитили. Полиция просит каждого, кто видел Спенсера Эверилла, сообщить об этом по телефону.