– Тогда еще темно было. Тебя он просто не видел, а обо мне, наверное, забыл.

– А где эти мерзавцы сейчас?

– Чего не знаю, того не знаю. В последний раз я видел их в лодке. Одна чудом уцелела. Заплыли за обломки и исчезли. Уж не знаю, что там случилось, но больше они мне на глаза не попадались.

– Что с нашим кораблем?

– Я же тебе сказал: развалился на куски и пошел ко дну. А то, что не тонет, осталось плавать. Вот я и стал пополнять наши запасы. Веревками вон разжился. Деревяшек насобирал.

– А они-то зачем понадобились? – удивился Карса.

– Затем, что твое днище теперь стало плотом. А он с такой тяжестью не очень-то хочет плавать. Доски потихоньку пропитываются водой и погружаются ниже. Хорошо, бочонки не совсем полные – они прибавляют плоту плавучести. Но я на всякий случай напихал вниз деревяшек. Так надежнее будет.

– Торвальд, ты можешь освободить меня от цепей?

Даруджиец поскреб затылок.

– Думал я об этом. Голыми руками их не разобьешь. И мечом твоим не разрубишь. Тут специальные инструменты нужны: молот, зубило. И учти, у меня не столько силы, сколько у тебя.

– А до земли далеко?

– Будь мы в Менингалльском океане, я бы сказал, что очень далеко. А здесь… даже не знаю. Но это не океан, и есть ли тут земля – понятия не имею.

– Тогда что это за место?

– Я слышал часть разговора между Сильгаром и его головорезами. Он что-то толковал о магических Путях. Похоже, нас занесло на один из таких Путей. И суши здесь вообще может не быть. В том, что нет ветра, ты уже и сам убедился. Даже неизвестно, движемся ли мы куда-нибудь или же просто толчемся на месте. Глянь: вокруг нас до сих пор полно обломков корабля. Кстати, ты заметил, что эта вода – пресная? Целое море пресной воды, но меня как-то не тянет ее пить. В ней полно ила. А вот рыб совсем нет. И птицы не летают. Может, тут в принципе не существует жизни.

– Я хочу пить. И есть тоже.

Ном отполз к мешку, который выловил среди обломков.

– Вода у нас есть. А насчет еды – сейчас развяжу мешок. Посмотрим, что в нем… Карса, так ты действительно не взывал к своим богам?

– Нет.

– А почему тогда ты орал во все горло?

– Я видел сон.

– И он заставил тебя кричать?

– Да… Ты нашел еду?

– Пока не знаю. Тут деревянный ящик, и почему-то он завернут в тряпку.

Карса не мог дождаться, когда его товарищ распакует ящик.

– Здесь клеймо стоит… Похоже, морантское. – Ном откинул крышку. – Опять тряпка. Совсем мягкая… и дюжина глиняных шаров с восковыми затычками.

Даруджиец поставил ящик и, опасливо поглядывая на шары, продолжал:

– Вот, оказывается, какие они… так называемые «морантские гостинцы». Столько про них слышал, а ни разу не видел. Теперь нам Сильгар не страшен. Если он вдруг появится, нам будет чем его угостить.

Торвальд Ном закрыл крышку и снова обмотал ящик тряпкой.

– Ты можешь говорить понятнее? – не выдержал Карса. – Что ты там такое нашел?

– Оружие, теблор. Бьюсь об заклад, ничего подобного ты еще не видел. Если к тебе приближаются враги, нужно хорошенько размахнуться и бросить в них шар. Тогда мелькнет молния, раздастся гром – и пожалуйста, можешь собирать трофеи. А если такой шарик взорвется рядом с тобой, то все – поминай как звали. Малазанцам эти «морантские гостинцы» здорово помогают воевать.

– Пить! – потребовал Карса.

– Сейчас… Где-то у меня был черпак… Ага, нашел.

Медленными глотками Карса осушил весь черпак.

– Ну что, полегчало?

– Ага.

– Еще хочешь?

– Пока нет. Лучше сними с меня цепи.

– Не торопись, Карса. Сначала я сплаваю за дополнительными деревяшками. Иначе плот потонет раньше, чем я разобью твои оковы.

– Делай как знаешь, – вздохнул Карса.

В этом странном мире не существовало смены дня и ночи. Небо постоянно было серым. Лишь иногда свинцовые полосы сжимались или, наоборот, растягивались, словно бы подчиняясь дуновению в вышине каких-то далеких ветров. Но вокруг плота воздух неизменно оставался неподвижным. Он был влажным, прохладным и на удивление плотным.

Скобы, удерживающие цепи Карсы, присоединялись к обратной стороне днища. Способ крепления почти не отличался от того, каким пользовались стражники Сильгара, приковывая теблора к бревну в яме. Кандалы так плотно прилегали к запястьям и лодыжкам, что казались цельными. Осмотрев оковы, Торвальд Ном решил, что самым разумным будет расширить отверстия в досках, в которые малазанцы просунули цепи. Воспользовавшись железной пряжкой, он принялся за работу.

Месяцы плена заметно подорвали силы даруджийца. Ему часто требовался отдых, а ладони быстро покрылись кровавыми мозолями. Однако Ном неотступно ковырял мокрые доски. Звуки, которыми сопровождались его усилия, хоть как-то разнообразили царившую вокруг мертвую тишину и служили мерилом времени. Вновь оказавшись в лежачем положении, Карса видел лишь серое небо со свинцовыми прожилками.