— Ты жив, — впервые с начала прорыва я вздохнула с облегчением, ведь ничего не знала о судьбе друга.

Приблизившись, я обняла его. Он несмело обхватил мою талию рукой и сразу отступил.

— Я хотел проведать Кассиэля… и вас, — пояснил он хрипло. — Как он?

— Он же серафим, что ему будет? — поморщилась я.

— Он подставился под удар, чтобы скорее завершить свой бой и отправиться к вам на выручку. Я рад, что он успел вовремя.

— Вот же с… серафим, — рыкнула я недовольно, но сердце сжалось в груди в замешательстве. — Давай не будем о нём. Ты как? Я видела прорыв.

— Да, в наш квадрат прорвались три спайка.

Спайк, вот, значит, что это за чудовища.

— Кассиэль взял на себя двоих, одного сдерживали мы. Трое из моего центуриона погибли, — бесцветным тоном поделился он.

— Это ужасно, — я на мгновение задохнулась, осознав, что Гефестиан сегодня потерял друзей. — Мне очень жаль.

— Спасибо, — сдержанно кивнул он. — Они выполнили свой долг и погибли достойно.

Гефестиан кратко рассказал мне о произошедшем за щитом. Оказалось, что эту неделю они сокращали число врагов, к городу прорвались лишь остатки тварей и три спайка. По рассказам друга эти чудища были размером в пятиэтажный дом, лишённые зрения, они однако обладали острым чутьём, слухом и обонянием. Всё тело животных покрывала мощная броня, потому пробивали её только в районе лба. Правда, твари сопротивлялись, используя весь свой арсенал: клыки, подвижный хвост и ядовитые выкидные шипы. Из-за большого количества мелких монстров Кассиэль смог подобраться к ним только на подходе к щиту. Но один из них всё же пробил защиту, позволяя остальным тварям рвануть к городу. А здесь их организованно встретили легионеры, потому обычные жители не пострадали. Чего не скажешь о защитниках города. За эту неделю погибло восемь ишимов из их числа. Ну и под шумок пытались провести моё похищение, но Кассиэль ощутил врага и бросился на помощь. А я до сих пор не знала как относится к его поступку.

Гефестиан ушёл, оставив меня в растрёпанных чувствах. Усталость сливалась с замешательством. Закрыв за ним дверь, я медленно обернулась к кровати и вздрогнула, столкнувшись взглядом с Кассиэлем. Задумчивым, немного злым.

— Ты очнулся, — опомнившись, я сразу направилась к нему. — Как себя чувствуешь?

— Паршиво, — хмыкнул он, чем вызвал мою улыбку.

Хоть не храбрился.

— Что-нибудь хочешь? Может, позвать лекаря?

— Пить, — он продолжал меня сверлить тем же взглядом, а мне было совершенно не понятно, чем вызвана его злость.

Я налила миску воды и помогла Кассиэлю напиться, поддерживая его голову.

— Ложись ко мне, — попросил он, когда утолил жажду.

Кивнув, я выключила светильник и аккуратно залезла в кровать. Меня вырубало от усталости, потому было приятно наконец-то расслабиться. Кассиэль вытянул руку, стоило мне забраться под одеяло. Пришлось устроиться под его боком. Но он подтянул меня выше, сжал второй рукой мой подбородок, вынуждая заглянуть в его сияющие золотом глаза.

— Я убью его, если ты ещё хоть раз к нему прикоснёшься, — сообщил холодно, но тут же припал к моим губам в ошеломляюще нежном поцелуе. — Не провоцируй меня, — попросил хрипло, наконец, отпуская.

— Не буду.

Дрожь прошивала тело. Я положила голову на плечо Кассиэля и закрыла глаза. Засыпала под запах крови, целебной мази и заполошный стук собственного сердца.

Глава 13

Вялое течение сна начало рассеиваться от настойчивых прикосновений. Чуткие пальцы ласкали губы, мягко гладили шею, неторопливо отодвигая рукава сорочки, чтобы добраться до груди. Я громко вздохнула, когда укус коснулся чувствительной вершинки, и проснулась, выныривая из сна, чтобы сразу погрузиться в реальность. События прошедшей ночи закипели в памяти, и сразу стало ясно, кто потревожил мой сон.

— Ты чего кусаешься? — проворчала я, пытаясь отпихнуть Кассиэля. Но его рука обхватила талию так крепко, что возник риск задохнуться. — Если хочешь отблагодарить меня за помощь, просто дай мне поспать.

— Я рассчитывал на благодарность за спасение жизни, — серафим вновь пустил зубы в ход, срывая вскрик с моих уст и вызывая спазм внизу живота.

— Вообще-то я спасла тебя в ответ. Мы квиты. Серафим ты или нет, а истёк бы кровью до прихода лекаря.

Он всё же отлип от моей груди, и с улыбкой заглянул в мои глаза. Волосы мужчины сияли золотом в лучах утреннего солнца, но лицо выглядело осунувшимся. Вряд ли он восстановился всего за несколько часов сна. Мой резерв вот наполнился только на половину. Вполне достаточно, чтобы сопротивляться воздействию атайи.

— Тогда я требую исполнения супружеских обязанностей, — выдал он чуть насмешливо.

— Мои супружеские обязанности сейчас состоят в уходе за твоими ранами. Надо вызвать лекаря, раз ты проснулся.

— Не будь такой жестокой, Натали, — проурчал он, припав губами к моей шее. Щетина царапнула нежную кожу, отправляя мурашки блуждать по коже. — Я неделю сражался за щитом. Неделю не знал тепла женского тела.

— Я всю жизнь не знала тепла женского тела, это вообще не проблема, — ворчливо надула я губы.

Вот же наглый серафим. Ранен, а уже пытается залезть мне под юбку. Точнее, уже залез, учитывая, что за ночь подол задрался до талии.

Кассиэль утробно рассмеялся, а я схватила подушку и попыталась придушить наглого мужа. Предмет убийства был быстро откинут в сторону, а на меня сверху навалилось тяжёлое тело. Мужчина поморщился от боли.

— Говорю же, ранен, — я надавила на его плечи, чтобы скорее с меня слез. — Ты должен лежать и не двигаться.

— Тогда может ты сверху? — заговорщицки прищурился он, и я не смогла не рассмеяться, настолько бандитский у него был вид.