***

В комнате врача пахло антисептиками и лекарствами.

Кейти лежала в кровати и, отвернувшись от меня, смотрела в окно. Лицо ее было красным от слез, но уже понемногу она могла двигаться.

Как выяснилось, Дэвид дал ей какое-то паралитическое зелье, название которого выговорить смог только доктор. Я даже не пытался. Антидота как такового не существовало. Само зелье было безвредно, то есть никаких побочных эффектов не оказывало, а его действие проходило минут через пятнадцать-двадцать после полного оцепенения.

Я сидел рядом на краю кровати.

Сейчас! Надо все прояснить сейчас.

Про то, что она заклинатель, уже знает Грег, а значит, это лишь вопрос времени, когда об этом узнает весь университет. И что она будет делать? Может, стоило уступить Грегу. Так или иначе, он бы добился ее расположения, они бы стали встречаться, и даже если бы все узнали, что Кейти заклинатель, это не было бы большой проблемой, ведь рядом был бы сильный альфа с большой стаей. В обиду бы Грег ее не дал.

Но нет, я как последний эгоист, мешал, не подпускал его лишь потому, что между мной и Кейти уже установилась связь, которую она, к сожалению, не ощущает.

Я сжал кулаки.

– Кейти, – позвал тихо.

Она шмыгнула.

– Я знаю, что поступал не честно по отношению к тебе, мне не стоило вести себя так настойчиво. Знаю, что ты терпела мое присутствие лишь из-за родственников. А я немного этим пользовался. Наверное, зря я затеял вражду с Грегом, из вас вышла бы хорошая пара.

Кейт повернулась и уставилась на меня расширенными глазам.

– Не делай такого лица. Понимаю, что ты меня ненавидишь и просто из двух зол выбираешь меньшее. Поэтому с этого дня я больше не буду тебя обременять своим присутствием.

Я поднялся, но вдруг Кейти схватила меня за рукав. Обернулся.

Кейти смотрела на меня, и впервые я видел ее такой обезоруживающей и в то же время уязвимой: в глазах блестели слезы, подбородок дрожал.

– Ты не прав! Я тебя не ненавижу, – сказала она чуть хрипловатым голосом. Присев на кровати, она чуть потянула меня за рукав, заставляя присесть обратно. А когда наши лица были в нескольких сантиметрах, быстро порывисто приблизилась, словно боясь передумать, и сама прильнула к моим губам.

– Вот мои истинные чувства, – произнесла она, отстранившись.

Грудь стало распирать, словно я вдохнул слишком много и не мог выдохнуть. Протянул руку к ее щеке, вытирая дорожку слез, и уже сам припал к ее губам.

Солоноватый вкус слез ярко ощущался на губах. Обхватив обеими руками ее лицо, надавил губами чуть сильнее, заставляя ее приоткрыть рот. Не мог терпеть, не мог поверить в происходящее.

***

Кейти

Сама потянулась к нему за поцелуем. Да, я не очень-то опытная в этом, но знала, если не сделаю что-то сейчас, он уйдет, он оставит меня, как сам считает, в покое. Но покоя не будет никакого. Когда его нет рядом, когда не ощущаю его присутствие, я словно одна в этом огромном университете.

А уж исчезать Лиам был мастер. Я помню все те случаи, когда он просто не пересекался со мной, даже не показывался. И как одиноко мне тогда было… Не хочу больше этого испытывать.

Я потянулась к нему со всей страстью, на которую только была способна. Он прижал меня к себе, и я полностью растворилась в его объятьях.

Отстранившись, Лиам заглянул мне в глаза, словно ожидая подвоха. Но поняв, что я серьезно сказал:

– Ну всё, свояченица, ты попалась.

– Это ты попался, оборотень, – улыбнулась я.

Уилиам

Грег честно молчал, о том, что Кейти заклинатель. Он вообще оказался надежным товарищем, хотя по началу я его принимал за дурочка. Но внутри стаи его все уважали и не только за силу.

Однако информацию распустили сами преподаватели. Такую шумиху скрыть не могли, и пошли на опережение. Чтобы Кейти не накатала жалобу на весь преподавательский состав, решили сделать ответный шаг и обнародовать факт, который она старалась скрыть.

Однако в нынешних обстоятельствах это уже не играло большой роли. Мы стали встречаться официально и, так как все оборотни ощущали от Кейти мой запах, к ней уже никто не приставал.

Грег, хоть и ходил пару дней сам не свой, но в конце смирился. Теперь он тоже спокойно мог подходить к нам с Кейти и говорить свободно.

С Дэвидом все было сложно. Никто не хотел признавать, что допустили к преподаванию озлобленного полуоборотня. Наказать его как полагается тоже не получалось, так как он смесок и мог бы подать в суд жалобу об ущемлении собственных прав. Судьба у него оказалась незавидной, и ухудшать и без того тяжелое положение смеска никто не хотел.