— Я знал, что ты захочешь тут же избавиться от них, — ухмылялся дед. — Фрозенберг для тебя чужой город, здесь холодно и действуют свои законы. Я предполагал, что, пожив в столице, ты не пожелаешь покидать шумный и богатый Нербург. А я хотел, чтобы ты осталась здесь и полюбила этот суровый край, как его любили я и твой отец, несмотря на то, что он покинул родину. Мечтал, что ты выйдешь замуж за ирбиса и семейное дело будет процветать.

— Вижу, ты привык всё решать за других, — я шумно вздохнула, — где жить, чем заниматься, кого любить, на ком жениться, за кого замуж выходить…

— Аманда, признаю, я не всегда был прав, — скривился призрак, услышав неприятную правду. — Я всего лишь хотел, чтобы мой сын был счастлив, но мои представления о счастье были неверными. Это сейчас, пребывая на стороне предков, я понимаю, что был неправ. Прости, если сможешь…

Легко сказать «прости». От смешанных чувств я сжала ладонь Солли, словно хотела ощутить её поддержку, и она повернула ко мне голову, сочувственно улыбнувшись.

— Почему же ты отдал почти всё имущество мне, а Харви только крохи в виде магазинов? — вдруг вспомнила я про мужа. — Он столько денег и сил вложил в предприятие!

— Мы крупно поссорились. Захотелось проучить зарвавшегося мальчишку, — сжал призрачные челюсти дед. — Мой воспитанник рос слишком самоуверенным, постоянно перечил, делал что хотел. И вдруг решил ухаживать за дочкой ди Лойда. Я знал, что Ванесса гнилая девица, которой нужны только деньги. Да, я опять решил вмешаться и сделал так, как посчитал нужным. Лишил большого куша, чтобы жадная леди выпустила его из цепких пальчиков. И ведь я оказался прав.

— Да, дедушка, на этот раз ты оказался прав, — устало согласилась я — сеанс отнимал силы. — Скажи, мои родители на той стороне рядом с тобой?

— Конечно, — кивнул он. — Кайл простил меня.

— Передай, пожалуйста, что я их очень люблю, хоть и не помню совсем, — глаза стали влажными, и я часто заморгала.

— Обязательно, Аманда, — сипло пробасил призрак. — А ты передай Харви, что я прошу у него прощения. Он знает, за что.

Слеза покатилась по щеке, и я машинально дёрнула рукой, чтобы смахнуть её. Моя ладонь выскользнула из ладони медиума. Призрак тут же мигнул и в одно мгновение растворился в воздухе

Аманда ди Амос

С полчаса мы приходили в себя после общения с Дарреном. Солли ликовала, что у неё получился артефакт, да такой мощный! Клариса восхищалась способностями подруги и делилась впечатлениями от сеанса. Я же просто сидела в кресле с чашкой чая, который принесла недавно Марлен, и молчала, прокручивая в голове раз за разом диалог с дедом. Я была очень впечатлена встречей: дед был как живой, разговаривал со мной. Казалось, протяни руку — и дотронешься до него, но это всё же был бестелесный призрак.

— Соллейн, ты сможешь вызвать моих родителей? Или хотя бы маму? — тихо спросила я у медиума, а внутри всё сжалось.

— Смогу, Ама, но только это произойдёт не скоро. Прости, — потупила она скромно взор. — Девочки, пожалуйста, никому не говорите о сеансе, особенно Кейдану. Если он узнает, то запрёт меня дома и не разрешит выходить.

— Что? — удивилась Риса, поставив чашку на столик. — Кейдан рьяный противник твоих новых способностей?

— Нет, дело совсем не в этом, — затаила дыхание подруга, смотря на нас загадочно. — Утром я была у целителя… Он сказал… в общем, я беременна…

— Солли! — ахнули мы с Кларисой.

В груди вдруг потеплело и я заволновалась.

— Ты почему сразу не сообщила? — пожурила я Соллейн.

— Хотела сначала провести сеанс. Беременным медиумам нельзя выходить в астрал, это очень опасно для ребёнка, — поджала губки подруга, улыбаясь. — Спиритизм не так страшен, поэтому я решилась проверить артефакт. К тому же использовала вашу магию, практически не отдав своей. Но если Кейдан узнает, что я нарушила его запрет, приставит ко мне няньку или дома закроет.

— Милая, — нежно обняла я подругу, — мы не скажем, но обещай: больше никаких сеансов и ритуалов с призраками.

— Обещаю, — выдохнула она.

— Как же это здорово! — смахнула Риса слезинку, пущенную от умиления. — У нашей скромняшки Соллейн скоро будет малыш или малышка. Даже не верится.

— Поздравляю, — снова обняла я медиума, — рада за вас.

— Только я переживаю: общество будет судачить, что жена наместника родила спустя восемь месяцев после свадьбы, — усмехнулась подруга.