Шрифт:
– Могла, – прищелкнула пальцами Феола. – И тогда все срастается просто изумительно. Вирджиния вела тот образ жизни, какой ей нравился, но одновременно берегла детей. Ее муж все знал… и использовал в своих целях?
– И как же?
– У меня такой вопрос, – Феола задумчиво смотрела куда-то вдаль. – Драгоценности королевы Хуаны были на корабле. Утонули в шторм. Мединцы могли их достать? Теоретически?
Амадо едва в столб не въехал.
– Могли. Я болван!
– У них с Веласкесом могло быть взаимовыгодное сотрудничество. Контрабанда или что-то еще…
– И вот тут все складывается идеально. Наталия могла рассказать дочери про свои особенности, но не про отца.
– Вот! – кивнула Феола. – Дочь рассказала мужу, тот вел дела с мединцами, но домой их не тащил. Никого, включая свекровь. Да и они не рвались. Как я поняла, они… рыба вообще любовь способна испытывать?
– Кто ж ее знает? Я с ней обычно встречался в готовом виде, – вздохнул Амадо. – На тарелке она одинаковая.
Феола задумалась.
– Дельфины, киты… это не вполне рыба.
– Акула, – нежно подсказал Амадо. И получил в ответ взрыв смеха.
О, да! Акула очень человеколюбивая рыба. И такая общительная, непривередливая, контактная!
– Тем не менее это вписывается и в характер сеньоры Арандо, и в характер Вирджинии.
– Допустим. А Мерседес?
– В ней три четверти человеческой крови. Ей тяжело, но полагаю, она способна на чувства.
Амадо кивнул.
– Ладно. Допустим. Вирджиния рассказала все супругу, Самуэль ведет дела с мединцами – и оп-па! К ним домой приходит некто, знающий о ее происхождении. И предлагает союз?
– Вполне вероятно. А теперь смотрим дальше. У сеньоры Арандо взрывчатка, надо полагать, в чем-то замешан и Веласкес. Что они могут сделать?
– Что бы я сделал, будь я купцом? Мне надо подумать, вот и все…
– Вот! – кивнула Феола. – Взять время на раздумья… и посоветоваться. С мединцами.
– И те их приговорили.
– Равно, как и секретаря. То есть помощника.
Амадо кивнул.
Эта картина уже была более логически непротиворечивой.
– Человек, который переговорил с Веласкесами… Самуэлем… что он будет делать дальше?
– А вот тут вопрос. Он поговорил с Веласкесами – и тех убивают, – задумалась Феола.
Амадо плюнул на все и остановил мобиль в проулке. Все лучше, чем рисковать вписаться в столб.
– Прогуляемся пешком? Тут немного осталось, минут пять ходьбы.
– С удовольствием, – Феола подала Амадо руку, и мужчина помог ей выбраться из мобиля. – Можно и побеседовать по дороге. Что должен был подумать наш… заговорщик?
– Что угодно! Он же не мог знать про мединцев! Или мог?
– Допустим, он просто знал, что сеньора Арандо родила от короля. Эту информацию несложно добыть и легко придержать на черный день, – взмахнула рукой Феола. – Потому что знай он про мединцев, никогда бы не рискнул связываться с Мерседес. Кровь все же… если ее проверят – мало ли что там покажется магам?
– Ты умничка, – искренне сказал Амадо. – Конечно же! Прислуга всегда в курсе всего, и кому попала эта информация, теперь не отследить. Разве что весь Каса Норра проверить…
– Не Каса Норра, – серьезно заметила Феола. – Мерче семнадцать, ее матери было восемнадцать, то есть всего тридцать пять лет. Считай, тридцать пять – тридцать семь лет назад сеньора Арандо прыгнула в постель к королю… не с первого же раза она ребенка сделала? Это как раз его величество был в столице.
– Двор, конечно, переехал, – сверкнул глазами Амадо. – Но я могу попросить Вальдеса навести справки… я сегодня уже говорил, что вы чудо, Феола?
– Я и еще раз послушаю. Мне приятно.
– Вы чудо, – согласился Амадо. – Итак, человек сделал предложение Веласкесам – и те умирают. Что он должен подумать?
– Что кто-то пытается перехватить ценный приз, – без труда угадала Феола.
– И начинаются попытки похищения.
Феола хлопнула в ладоши.
– Именно!
– Так логично, – кивнул Амадо. – Но тогда стоит ожидать следующих попыток.
– Я от Мерседес не отойду, – пообещала Феола. И так прищурилась, что Амадо посочувствовал похитителям.
– Тогда у нас все равно вопрос – кто?
Феола развела руками.
– Разве что попробуем на живца ловить? Замаскируем кого-нибудь под Мерседес – и пусть похищают?
– Я предложу эту идею Вальдесу. А пока попробуем навести справки.
– Кстати, тут может помочь и некромант, – заметила Феола.
– И как же?
– Взять списки померших, да и допросить с десяток душ. Они тоже много чего должны были знать и видеть. И врать не станут, и крутить.
– Бедолага Хавьер. Я с ним сегодня же переговорю.