— Почти никто из них даже не успел за него схватиться. Оно же у них было у кого в номере, у кого осталось в караване. А кто успел… Те стали добычей в первую очередь. Надеюсь, они уже мертвы.

— Стоп, что? — не понял я. — Что значит «надеюсь»?

— А ты не знаешь? — София удивленно моргнула. — Технобиоты питаются живой органикой. Максимум — свежеубитой. Трехдневные трупы они есть не станут.

— То есть, хочешь сказать… — начал догадываться я.

— Технобиоты стараются затащить раненого к себе в логово и питаться им, пока он живой. — прошептала София, тревожно глядя на детей.

Да, звучит действительно жутко. Но, если отбросить эмоции, для меня это отличная новость. Это значит, что караванщики, а, может статься, и какие-то жители СС-14 еще живы. И, возможно, я смогу их спасти. У меня-то оружие в готовности, в отличие от них.

В конце концов, что может противопоставить какая-то там медицинская установка девяти сотням джоулей дульной энергией моего автомата?

— Где логово?

— Ты сумасшедший! — София схватила меня за рукав. — Не вздумай туда идти, тебя ждет только то же самое, что и остальных!

— Я посмотреть. — уклончиво ответил я. — Может, смогу помочь кому-то из живых.

— Не вздумай! — упрямо прошептала София.

— Я аккуратно. — заверил я ее. — Сюда уже идет помощь, но мне нужно провести разведку, чтобы они знали, с чем столкнутся. Так куда идти?

София снова покачала головой, но ответила:

— В центр поселения. Медпункт почти посередине, не перепутаешь. Одноэтажное белое здание с большим красным крестом.

— Понял. — я кивнул. — Оставайтесь здесь и ничего не бойтесь. Скоро придет помощь, я им сообщу о вас.

— Останься! — София умоляюще схватила меня за рукав.

— Там раненые люди. — твердо ответила я, глядя ей в глаза. — Им нужна помощь не меньше, чем вам. Подумай о них.

Ресницы девушки дрогнули, она тяжело сглотнула и кивнула.

Я достал хад и отстучал короткое сообщение Скит:

«Справа от входа здание со следами крови на крыльце, задний вход открыт. Левое крыло, дальняя левая дверь. Раненые выжившие. В поселке технобиот. Иду на разведку.»

Я показал сообщение Софии, чтобы успокоить ее, и отправил его Скит. Не дожидаясь гневного ответа или еще каких-то указаний, поднялся, проверил патронники обоих автоматов, убедившись, что они заполнены, и кивнул детям:

— Присмотрите за Софией Яновной. Я ненадолго отойду.

Дети снова синхронно серьезно кивнули, я снова посмотрел на Софию, кивнул ей тоже и вышел за дверь, которую дети тут же за мной прикрыли.

Умные дети. И рукастые, надо признать. Надеюсь, такими они и останутся, когда вырастут. Даже плевать на рукастость, главное, чтобы умными остались. Тогда им вряд ли они станут соваться в логово опасной твари, не зная о ней совершенно ничего.

А я вот стану…

Сначала я постоял немного, прислушиваясь к окружению и пытаясь понять, не проник ли технобиот в здание, пока я возился с выжившими. В этот момент я горько пожалел, что у меня нет активных наушников, как у Скит — здесь они бы мне очень пригодились. Без них единственное, что я смог услышать — это легкое дуновение ветра по пустым коридорам. Однако, если я чего-то не слышу — еще не факт, что этого нет. И разумеется, это меня не устраивало.

Выходя из комнаты, я не планировал проверять и зачищать при необходимости здание, обеспечивая безопасность найденным гражданским — я вообще об этом не думал. Но когда дверь за мной закрылась, я как-то на автомате взял наизготовку автомат, чуть согнул ноги в коленях, слегка понижая центр тяжести, прижался щекой к прикладу и двинулся вперед, заново обводя стволом все те комнаты, мимо которых я уже прошел по пути сюда. Я уже понял, что я не оставлю найденных выживших наедине с опасностью, даже если эта опасность — лишь вероятная.

Быстро прочесав крыло, в котором находился, я перешел в противоположное и осмотрел и его тоже. После этого вернулся к черному ходу, через который проник в здание, и быстро, но плавно поднялся по лестнице на второй этаж, контролируя каждый шаг и каждый сантиметр постепенно выплывающего из-за границ поля зрения лестничного пролета. Несмотря на то, что я уже выяснил, что бороться придется против технобиота, то есть, ожившего механизма, мое тело упорно вело себя так, словно предполагалось противостояние с живым противником, вооруженным стрелковым оружием. Я методично обрабатывал все углы, заглядывал за все открытые двери и, даже поднимаясь по лестнице, ежемоментно ожидал увидеть на ступенях ноги в штанах расцветки акупат и высоких берцах и тут же дать по ним две коротких очереди.

Но в здании никого не было. Мало того — мне даже второй этаж не пришлось проверять, поскольку дверь, разделяющая лестничную клетку и внутренние помещения оказалась закрыта. Увидев это, я опустил автомат, но расслабляться тело не спешило. Для успокоения совести я подошел к двери, встал сбоку от нее, укрываясь за толстой стеной, протянул руку и подергал дверную ручку, оставаясь в относительной безопасности на случай, если кто-то даст очередь через стену.

Никакой очереди никто не дал.