Всё должно было выглядеть так, словно Эдуард бросился в отчаянную атаку, не думая о прикрытие тыла. Только в этом случае кавалерия захотела бы укусить его тощую жопу и запереть атакующих между молотом и наковальней…

Сам же город не просто так назывался «Чёрной Скалой», ведь был построен у подножья невысокой горы, а потому считался практически неприступным. Глубокий ров, два ряда толстых стен и возможности подойти только с двух сторон делали из него неуязвимый форт.

Неуязвимый для обычного оружия и почти любой магии, которая не могла похвастаться большой дальностью поражения. Да и все капитальные стены строили из зачарованных камней, которые рассеивали магию. Потому-то Эдуард и удивился, когда его несокрушимая преграда взлетела на воздух.

В теорию Чёрную Скалу можно было взять только при помощи лазутчика, который бы опустил мост, но обороняющиеся об этом знали и ни за что бы подобного не допустили. Даже «Малыш» вряд ли смог бы пробраться к механизму, но в этом не было особой нужды…

Командующий сообщил мне, что его люди готовы к штурму. Все мои двадцать лучников под покровом ночи выдвинулись к городским воротам, которыми служил тот самый мост. И мне предстояло его опустить.

Заметить в кромешной темноте двадцать человек было довольно сложно, а потому они подобрались к воротам без проблем. Я поделил лучников на две группы и для каждой определил цель. Они синхронно «зарядили» стрелы с гексогеном вместо наконечника и отпустили тетиву.

Ворота поднимались при помощи двух массивных цепей, и именно этот механизм и стал моей целью. Череда мощных взрывов порвала их, и ворота с грохотом рухнули на землю. Задрожала земля, поднялась пыль, а войска Эдуарда бросились в атаку. Защитники абсолютно не были готовы к такому повороту событий.

У лучников оставались запасные стрелы со взрывчаткой, который они выпустили по тем, кто засел на стенах. Тонкий каменные зубцы, за которыми они прятались, хорошо защищали от стрел, но вот гексоген превращал их в шрапнель, многократно увеличивая поражающий эффект изначального снаряда.

Куклы били без промаха, каждый по своей цели, которые я помечал через «глаза» лидера отряда. Это было похоже на компьютерную игру, вот только по ту сторону стен гибли настоящие люди. Но как говорится, война никогда не меняется. Куда больше меня тревожили жизни горожан, которых те лишились, когда я продемонстрировал Эдуарду свою силу.

Однако моральный вопрос хоть и вставал, но не давил на мозг, ведь я прекрасно знал, что после смерти человека ждало что-то ещё. По заветам религий оно должно было быть вечном, а на фоне вечности человеческая жизнь — едва уловимый миг. В общем, с оправданием своих жестоких поступков у меня проблем не было.

Как и конницей, которая уже через час после начала штурма зашевелилась. «Малыши» докладывали мне о перемещение кавалерии врага: сперва те решили поехать через поле, но наткнулись на щедро разбросанные шипы. Им хватило ума отступить, перегруппироваться, а затем пересечь реку и поехать другим путём.

Они не только потеряли два с половиной часа, но и были вынуждены проехать по узкому перешейку — слева текла река, а справа начиналась гора. Там-то я их и встретил… Один «Малыш» уже по отработанной схеме при помощи гексогена устроил сход камней.

Гигантские валуны разгонялись по склону и сшибали рыцарей пачками! Вряд ли камни убили бы всех, в кого попали, но это было и не нужно, ведь даже если кому-то и удавалось выжить, то они падали в воду. А плавать в латах — дело неблагодарное…

Но нашлись и те, кто смог проскочить. Их было не больше семидесяти, но и такой вариант я предвидел. Как только первые кавалеристы вступили на мост, после пересечения которого они могли зайти в тыл к войскам Эдуарда, я его подорвал. Подрывай мосты, сношай гусей!

А с оставшимися конниками разобрался белый фосфор, стрел с которым у моих кукол было в избытке. Они щедро закидали скромную по размерам площадку, на которой остановилась кавалерия. К сожалению, нескольким воинам удалось сбежать, но и хрен бы с ними. Их рассказ только внушит во врага страх и дополнительно деморализует его.

А тем временем пехота Эдуарда уже овладела третью частью нижнего города. Все боеспособные силы начали стягиваться к внутренней стене, чтобы удержать её. И если в первые часы бой проходил в одну калитку, то теперь такого сказать было нельзя. Войска моего отца были загнаны в угол, но всё ещё верили, что могут победить. Они ведь не знали, что помощь не придёт…

Я предполагал, что командир противника захочет отвести своих солдат за внутреннюю стену, ведь сражаться в городе без преимущества было очень глупо. И я придумал, как это можно использовать: две куклы без сосудов надели броню противника и окольными путями побежали к воротам.

Самое трудное было проскочить мимо бойцов Эдуарда, которые едва не испортили мне всю малину. Посвятить его в тонкости своей задумки я не мог, ибо противник наверняка бы прознал про этот хитрый план и смог бы принять контрмеры.