Очередные дебаты закончились поздно вечером, после чего Торстаг поехал на ужин к адмиралу Сервино, занимавшему пост консультанта в Адмиралтействе, и еще пару часов подробно рассказывал о своих поездках на Керми и о возможности привлечь к каперству одиозных фрайманов Вольного братства.

Слегка раздраженный задержкой, он доехал до своего небольшого особняка, купленного по случаю в Каштановом Переулке, что находился буквально в десяти шагах от городской ратуши, и усталый, поднялся по крыльцу наверх. Его встретил верный слуга Онхим в безупречной ливрее темно-серого цвета. Приняв у хозяина плащ и шляпу, он доложил:

— Ваша милость, сегодня днем пришла почта из Скайдры. Вы велели докладывать тотчас же, если будут письма оттуда.

— Прекрасно, Онхим, — настроение Торстага поднялось. Наличие известий из Скайдры говорило только об одном: процесс, наконец-то, пошел в нужном направлении. Иначе бы и не стоило беспокоить вечно занятого советника.

Слуга добавил, что ужин будет готов через полчаса, а пока господин может отдохнуть. Письмо лежало на серебряном подносе вместе с ножом для вскрытия конвертов в гостиной на газетном столике. Торстаг извлек сложенный вдвое лист плотной бумаги и сел в кресло, закинув ногу на ногу. Стал внимательно читать, не пропуская ни единого слова.

Королевский дознаватель департамента Скайдры, являвшийся, к слову, двоюродным братом зятя советника, несколько лет назад получил там высокий пост благодаря протекции Кендиша, и теперь активно отрабатывал хлеб.

Он писал, что пятого дня месяца Минор эрл Эррандо Толессо почил в бозе от остановки сердца. Личное присутствие дознавателя и целителя не выявило какого-либо постороннего вмешательства в виде ядов, на теле не обнаружено никаких следов насилия или ран от оружия. Смерть естественная, следствие закрыто.

Где-то в парадной прозвенел колокольчик.

— Кто там в ночную пору? — проворчал Онхим, шоркая ногами в направлении двери. Торстаг из кресла видел, что слуга держит в руке пистолет, и усмехнулся подобной воинственности. С другой стороны, кто-то же должен защищать его самого, кухарку и горничную, проживавших в особняке!

Через пару минут Онхим появился в комнате и растерянно произнес:

— Милорд, к вам просится человек. Говорит, из Скайдры приехал. Срочное дело какое-то.

— Он назвал себя? — отрывисто спросил Торстаг.

— Севиг, ваша милость.

— Пусть заходит!

— Да я уже здесь, милорд, — мужчина в дорожном плаще, с натянутой до бровей шляпе прошел в гостиную и остановился. Поклонился, сдернув шляпу, показывая свое худое лицо с острыми скулами, покрытое жесткой щетиной. — Прошу прощения за поздний визит, но я прямиком из Скайдры, даже на постоялых дворах не останавливался на долгий отдых, разве что лошадь накормить и напоить.

— Проходи, присаживайся, — кивнул на соседнее кресло Торстаг. — Онхим, принеси бутылку бренди и сыра. И поторопи кухарку с ужином.

— Да, милорд, — склонил голову слуга.

Дождавшись, когда Севиг разденется и займет место в кресле, он нетерпеливым жестом показал, что готов слушать ночного гостя.

— Как вы и приказали, я постарался оказаться в порту Скайдры задолго до прибытия каравана господина Боссинэ. Пришлось жить два дня в местном клоповнике, чтобы не пропустить нужного человека. Я нашел Игната Сироту и передал слово в слово, что вы от него ждете. Кажется, он занервничал.

— Неужели думал, что я забуду о нашем договоре? — усмехнулся Торстаг. — И тем не менее, он не отказался?

— Нет. Уверил, что выполнит свою часть сделки. Но выглядел, скажу прямо, недовольным.

— Считает, я должен ему в чем-то помочь?

— Он об этом не говорил, — мотнул головой Севиг и замолчал, когда слуга принес квадратную бутылку из зеленого стекла с двумя бокалами и тарелку, полную тонко нарезанного сыра.

Лорд Торстаг налил соломенно-желтый бренди гостю и себе, хотя не особо уважал этот напиток из-за его жесткого вкуса, но в данном случае нужно показать свою признательность человеку, принесшему весьма хорошую весть. Кендиш чувствовал ее, пусть Севиг еще ничего толком и не сказал.

Ночной гость с жадностью вылакал свой бокал и схватив кусок сыра, тут же смолотил его кривыми, но крепкими зубами, сыпля крошками на свою одежду. Торстаг терпеливо ждал, делая маленькие глотки, стараясь не обращать внимания на неряшливость курьера.

— После нашей встречи этот парень нанял извозчика, — вытерев губы тыльной стороной ладони, продолжил Севиг. — Я потом нашел его и выяснил, что Сирота приехал с визитом к леди Толессо и остался там на ночь. Нанял двух мальчишек за двадцать рандов, и те до самого утра следили за особняком. Этот моряк, или кто он на самом деле, выехал вместе с каким-то парнем на лошадях и направился на восток, когда еще солнце не взошло.