И разум мне нужен, и дух. Разум упростит трансформации, уменьшит перезарядку Отвода глаз. А это сэкономит божественность! Дух же должен помочь с силой ментального воздействия уже активированного Отвода. На трансформацию он повлияет вряд ли. А вот с контролем эволюции всё сложно. Но, чем больше духа, тем легче будет творить вещи. Какие? Сам не знаю. Я способность по сути заново открываю. Версия система поменялась и воздействие классовой способности на мир вокруг — тоже. Ладно, для соблюдения баланса, временного, тоже вложусь. Трёшки хватит. А дальше сам ни-ни. Мало знаний, мало понимания. А вот когда получу больше данных — задумаюсь о прокачке.

Лид

9 уровень (Младшее божество 1–9)

Достигнут барьер*

Класс: Архитектор Эволюции

Характеристики:

Тело — 5

Разум — 5

Дух — 6

Прогресс развития:

Божественность — 325,9

Прирост: 1,125/сутки

Способности:

1. Отвод глаз

2. Трансформация

3. Контроль эволюции

4. Нет

5. Нет

Подконтрольные миры:

Земля 1/8

Дзохлекс

Вишну-1 (Заблокировано)

Вишну… Теперь, когда у меня есть и божественность, и деньги, этот мир тоже надо вернуть под контроль. Причем не ждать, а сделать это уже сегодня. Заодно в центр связи сгоняю и узнаю, как там моя родная планета и соратники. Вдруг им нужна моя помощь. Что-то ещё в статусе не так… В самом верху про барьер какой-то написано. И звёздочка стоит. Ну-ка…

*Барьер — естественное ограничение бога на дальнейшее развитие. Для преодоления этого порога требуются специальные условия и большой запас божественности*

Большой запас? Специальные условия?

*У вас есть возможность пройти Барьер и стать Юным божеством. Для этого вам хватит восьмидесяти единиц божественности. Вероятность прорыва составит 99,99%*

— Грабёж! — воскликнул я, подрываясь с кресла.

— Где? — тут же повернулся ко мне «правоохранитель», наблюдающий за холлом.

— Да так, бумаги прочитал… — кивнул я и сел обратно.

Вот ведь! Много божественности этот ваш «прорыв» требует. Боюсь представить, что будет дальше.

Возбуждённый, я принялся наматывать по холлу круги и думать, что делать дальше. Прошагал в мыслях минут десять и понял, что меня никто не трогает. Улия копошится в бумагах, документы ей передаёт и показывает какая-то гаргара с длиннющими пальцами на ладонях — бывший финансовый директор этого места. Анна умчалась куда-то наверх пару минут назад… В общем, меня никто не ищет, а значит, я тут не нужен.

— Так… Ты, как зовут?

— Ухло Слещ, господин Брихтен, — удивлённо уставился на меня стражник, которого Анна и Улия притащили с собой из «Небожительниц».

Какие же странные имена порой встречаются…

— Ухло, слушай внимательно в своё ухо. Я пошёл по делам. Буду поздно. Анне скажи, что найдёт меня в моей комнате.

— Конечно, господин Брихтен. Передам слово в слово! — ответил мне человек и с уважением поклонился.

Да, после такой короткой битвы моя репутация явно поднялась. Вернее, репутация Брихтена. Но он мёртв… Короче говоря, возвеличил мертвеца с ублюдскими наклонностями. Что я делаю не так в этой жизни?

Уйти оказалось сложно. Ко мне то и дело липли люди и не только. Многие хотели прийти на работу. Кто-то звал выпить, уникумы совали визитки. Как-будто мне их в прошлом мире не хватало! Даже читать не буду. Отдам их Улии, пусть узнает, кто из них мелкая сошка, а кто из крутых дядек. По местным меркам, разумеется.

Кое-как пробился к аукциону, где с удовольствием сбежал от «фанатов» и «фанаток», что сильно впечатлились и требовали подробностей. И зря я вообще рот открыл, стараясь быть вежливым. Сочли за желание поболтать и перекинуться парой фраз. Надо было сразу слать на детородный орган. Не уверен, что помогло бы, но всё-таки.

— Итак, герой сегодняшнего дня, о котором судачит весь город, снова сидит напротив меня. Господин Брихтен, чем я могу быть полезна? Только учтите: я замужем и на свидание точно не приду, — очаровательно рассмеялась менеджер.

А я ведь читал заметки Брихтена о ней… Замужество её — фиктивное. Чисто для статуса. Муж её в каком-то клане в другой части мира находится и здесь уже много лет не появляется. Брихтен к ней пытался подкатить, но был послан тогда. Ясное дело — он был сопляком и новичком даже по меркам этого божественного детсада.