Мейбл Нойз могла бы начать все это, но люди недостаточно любили ее, чтобы начать плясать. Хиллманы и Брауны были любимы. Они были крепко связаны с историей Хэвена, их очень любили и очень уважали.

И, конечно, Дэвид Браун был всего лишь маленький мальчик. Чисто человеческий разум, "Разум Рут" говорил: он мог уйти в высокую траву на поле заднего двора Браунов и уснуть. Более похоже на правду, нежели идея Мэри о том, что он ушел в лес — для этого ему нужно было перейти дорогу, а он был послушным мальчиком. Так говорили и Мэри, и Брайен. И, что более важно, все остальные. Ему говорили снова, и снова, и снова, чтобы он не переходил дорогу без взрослых, так что лес казался маловероятным.

— Мы обследуем лужайку и поле участок за участком, — сказала Рут. — И мы будем не просто ходить, мы будем смотреть.

— Но если мы не найдем его? — глаза Брайена смотрели испуганно и умоляюще. — Если мы не найдем его, Рут?

Она могла не отвечать ему, ей стоило лишь подумать. Если они не найдут Дэвида сразу, ей придется начать звонить. И это будут очень большие поиски люди с фонарями и охотничьими рожками, идущие между деревьев. Если Дэвида не отыщут к утру, она позвонит Орвэлу Дэвидсону в Общество и попросит его привести своих сыщиков. Для большинства из них это была знакомая процедура. Они знали все о поисковых работах, и многие в них не раз участвовали; они достаточно практиковались во время охотничьего сезона, когда лес наполнялся чужаками, несущими свои крупнокалиберные винтовки и одетыми в новенькие оранжевые фланелевые балахоны из "Эл. Эл. Бинз". Обычно потерявшихся находили живыми, только сильно перепуганными.

Но иногда их находили мертвыми.

И иногда их не находили вообще.

Они не найдут Дэвида Брауна, и они знали это еще до начала поисков. Их разумы очистились, как только появилась Рут. Это был акт инстинкта, непроизвольный и слепой. Они соединили свои разумы и искали Дэвида. Их голоса слились в хор, настолько мощный, что, если бы Дэвид находился в радиусе 70 миль, он бы схватился руками за голову и закричал от боли. Он бы услышал их и узнал, что его ищут, на расстоянии и в 5 раз большем.

Нет, Дэвид Браун, не заблудился. Он просто был… не здесь.

Поиски, к которым они готовились, были совершенно бесполезны.

Но, поскольку это понимал лишь мозг Томминокера, а они все еще продолжали думать о себе, как о "человеческих существах", они начали пляску лжи.

Превращение требует большой лжи.

И то, что они говорили себе, что они остались такими же, как всегда, было самой большой ложью.

И они все это знали. Даже Рут Маккосланд.

К половине девятого, когда сумерки сгустились настолько, что почти напоминали ночь, число участвовавших в поисках возросло с пяти до дюжины. Новички прибыли быстро — даже слишком быстро для того, чтобы это показалось нормальным. Они распределились по всем дворам и полям на стороне Браунов, начав со сцены Хилли (Рут сама забралась под нее с мощным фонарем, полагая, что, если Дэвид Браун где-то неподалеку, то он должен быть здесь, спящий — но там была только примятая трава и странный электрический запах, который заставил ее наморщить нос) и расширяя район поисков, отходили оттуда по лучам в разные стороны.

— Ты думаешь, что он в лесу, Рут? — спросила Кейси Тримейн.

— Должно быть, — ответила она устало. У нее снова заболела голова. Дэвид был

(не был)

в лесу так же как Президент Соединенных Штатов. Тем не менее…

Глубоко в ее мозгу скороговорки обгоняли друг друга с неутомимостью белок, крутящихся в колесе.

Сумерки были не настолько густыми, чтобы она не смогла заметить, что Брайен Браун закрыл лицо рукой и отвернулся от остальных. Воцарилось неловкое молчание, которое Рут наконец нарушила.

— Нам нужно больше людей.

— Вызвать полицию, Рут? — спросила Кейси.

Она оглядела их, смотревших на нее. Их лица были безмолвны и спокойны.

(нет Рут нет)

(чужаков не надо чужаков мы справимся)

(мы справимся с этим делом нам не нужно чужаков пока)

(пока мы не сбросим старую кожу и не наденем новую пока)

(мы не "превратимся")

(если он в лесу мы услышим его он позовет)

(позовет своим разумом)

(не надо чужаков Рут тсс-с-с тсс-с-с ради твоей жизни Рут мы)

(мы все любим тебя но не надо чужаков)

Эти голоса пронзили ее мозг, пронзили безмолвную, влажную темноту: она взглянула и увидела лишь темные силуэты и белые лица, силуэты и лица, которые сейчас показались вполне человеческими. "У кого из вас еще сохранились ваши зубы?" — истерично подумала Рут Маккосланд.

Она открыла рот, думая, что закричит, но ее голос прозвучал — , по крайней мере в ее собственных ушах — нормально и естественно.

В ее мозгу скороговорки

(Карл у Клары что-то украл. Клара у Карла что-то украла)