Сразу же рабыня юркнула и исчезла в одной из комнат на первом этаже. Через мгновение в главный зал вышел уже зверолюд. Самый настоящий прямоходящий волк с оскалом взглянул на странных гостей. Внушительнее габариты, хищный взгляд, он мог бы быть опасным врагом, но не для телохранителя мастера. Из-за этого и нависла недолгая, но крайне мрачная пауза. Ведь трое гостей явно были не местными, хозяин таверны опасался худшего.

— О, Аша! И господин Густав, здравствуйте! — в проёме двери позади зверолюда появилась Ада.

Огненные волосы девушки ни капли не изменились с прошлой встречи, но в остальном… Нежные руки уже успели огрубеть из-за постоянных тренировок с оружием, сильно выделялись мышцы и этот взгляд… Взгляд стал совсем другим. Как и магический дар чувствовался куда сильнее.

— Друзья господина Бальмуара значит, — оскал в миг исчез с лица хозяина таверны. — Меня зовут Вульф.

— Да, мы как раз заметили его рабыню, — слово взял уже сам мастер. — Он остановился здесь на время?

— Да, но уже съехал. Квартирку себе снимает в соседнем квартале.

— Вот как… Тогда могу я попросить провести нас к нему? — Густав обращался уже непосредственно к самой рыжеволосой рабыне.

— Боюсь не получится. Хозяин отлучился по делам из города.

— Какая досада… А мы хотели с ним повидаться и поговорить. Он не сказал, как скоро вернётся?

— Нет, не сказал. Но скорее всего речь как минимум о неделе.

— Ох, так долго в Саросе мы скорее всего не останемся.

— Я могу передать ему ваши слова.

— Нет, не стоит. Мы просто хотели узнать, где тут в Саросе достойный ресторан. Мы как раз с дороги и проголодались.

— Ну, у нас, конечно, тут не ресторан, но еду готовить умеем. Можете перекусить у нас, да на ночь остаться, — любезно предложил Вульф, даже не надеясь, что его предложение примут: ведь по одному внешнему виду гостей всё было понятно. Это скорее был жест из вежливости.

— Остаться… — с очевидным и понятным сомнением в голосе протянул Густав, оглядывая прямо скажем простые декорации таверны. — У вас же тут ремонт…

— Да, мы уже закончили всё. Осталось только вывеску обновить и всё.

— Так значит ремонт уже прошёл… — многозначительно произнёс мастер, в голосе теперь уже читались нотки сожаления: страшно подумать, что было до этого «ремонта».

— Давайте я осмотрю комнату. А потом решим, что делать, — ласково около уха мастера прошептала Аша.

— Да, это логично, — сразу же согласился Густав, всецело доверяющий своей рабыне. — Пойди проверь.

— Хорошо, Лулу вам всё…

— Нет, — сразу же отрезала татуированная рабыня предложение Вульфа. — Пусть комнату покажет Ада. Ту самую комнату, где останавливался Лансемалион Бальмуар. Остальные варианты рассматривать мы не будем. Как и нет нужды в громких заявлениях ваших предвзятых рабов.

— Ладно, — пожал плечами Вульф, отправляясь на кухню.

Ада же оказалась тоже не против такого расклада. Так что согласилась провести этот осмотр, ведя за собой свою подружку.

— Вот значит тут мы и жили некоторое время, — произнесла как-то неуверенно Ада, даже не зная, что ещё сказать: комната как комната, вон кровать, тумбочка, окно.

— Значит Ланс уехал? — спросила Аша, которая лишь делала вид, что изучает мебель в комнате. — Ты не знаешь куда именно?

— Нет, он не сказал.

— Но это определенно что-то важное, раз он перестал обучать свой единственный источник дохода. К тому же он отлучился из города не на один день.

— Я не хочу обсуждать хозяина за его спиной.

— Ты уже знаешь, что он родился в этом мире? — Аше не требовались прямые ответы, она всё видела на лице своей подружки: реакция на каждое сказанное слово содержали в себя чудовищно много информации. — Знаешь. Догадаться об этом было не так сложно, но он тебе сам всё рассказал. А значит ты уже давно задаёшься вопросом. Как так получилось, что он оказался в трущобах?

— Я не…

— Боюсь ты не совсем понимаешь сути нашего диалога, — Аша убрала одеяло с кровати, изучая простыню и подушки на наличие пятен. — Я не пытаюсь что-то выведать о твоём хозяине. Я и так всё знаю.

— Откуда вам что-то знать…

— Ты знаешь сколько ему лет? И в ответ лишь молчание. Ты ничего не знаешь, совсем ничего.

— Значит мне это знать не нужно, — уверенно ответила Ада, не собираясь пытаться расспрашивать свою подружку: Лансемалион Бальмуар всегда говорил, что сплетничать за спиной постыдно.