— Я пришёл вернуть долг, — уверенным голосом произнёс Ланс.

— Вернуть долг? И что же ты можешь мне предложить?! — прерываясь на истеричный смех, Ростовщик задавал риторические вопросы. — Ты должен мне серьёзную сумму, которая растёт с каждой неделей. И всё это время я получаю от тебя лишь часть от процентной ставки. Ты просрочил сроки, ты дерзишь мне в лицо, а ведь именно Я ПОМОГ ТЕБЕ! Ты пришёл на мой порог, грязный, в крови, буквально мёртвый! Я протянул тебе руку, а в ответ получаю лишь презрение.

— Я благодарен тебе за это… — начал было говорить Ланс, но его сразу же перебили.

— А ещё ты убил моих людей. — Взгляд Ростовщика стал ещё сильнее напоминать готовящуюся к нападению крысу из сточных канав.

— Они атаковали первые, чем и заслужили свою участь.

— Они пришли вернуть то, что принадлежит мне.

— У нас был уговор.

— Ланс… Ланс! Ты разочаровываешь меня…

— Я готов расплатиться прямо сейчас.

— И что ты можешь мне дать? Свой фрак? Рабыню? Быть может, начищенные туфли или рецепт своего парфюма? Этого всего уже не хватит. Пожалуй, только твоя трость… — жадные чёрные глаза-бусинки впились в уникальное изделие лучших мастеров Эдема.

— Хочешь мою трость? — брови Ланса удивлённо поползли вверх, после чего вдруг аристократ резко протянул свою любимую, но точно не самую дорогую вещь вперёд. — Бери. Пусть это и станет уплатой моего долга.

В помещении неожиданно воцарилась мёртвая тишина. Каждый из собравшихся оказался шокирован происходящим. Этого аристократа знали уже многие, как и о его любви к своей трости, с которой он никогда не расставался. Ценная реликвия с богатым прошлым и, наверное, какой-то уникальный артефакт. А этот человек был готов расстаться с ней прямо сейчас!

— Берите, мой господин… — рядом с гоблином стоял тот самый выживший маг, которого когда-то пощадил Ланс.

Но жадность… Жадность Ростовщика не знала границ. Деньги для него уже давно стали непосредственно целью, нежели средством. Смиренное выполнение аристократом ужасных условий было принято за его слабость.

Именно поэтому здесь сейчас и находилось так много вооруженных отбросов. Жирный гоблин собирался забрать у Ланса всё до последней нитки, даже если придётся ради этого пожертвовать несколькими своими людьми.

Но неожиданный жест аристократа сбил Ростовщика с толку. И видит Этий, лучше бы этот жадный гоблин прислушался и взял трость.

— Нет, Ланс. Так не пойдёт, — покачал головой жирный ублюдок. — Ты убил моих людей. Я пощажу тебя, даже оставлю тебе твой дорогой фрак. Но остальное ты оставишь здесь, в том числе свою рабыню.

— Опять меняешь правила прямо на ходу и отказываешься принимать мою выплату, — разочарованно произнёс Лансемалион Бальмуар, осуждающе глядя на своего собеседника.

— Заканчивай этот фарс. У тебя нет и шанса. Зря ты отдал мне тот перстень, — злорадно заулыбался Ростовщик, показывая свою жирную руку, на которой красовался магический артефакт с алым камнем. — Такая мощь… Не удивлюсь, если он стоит тысячи золотых!

Ланс же продолжал молча стоять и взирать свысока на своего собеседника.

— Эй, помогите этому гордецу расстаться с его пожитками, — лениво махнул рукой гоблин, считая, что без своего перстня аристократ уже точно не представляет серьёзной угрозы.

Отребье уже начало подходить к аристократу, как вдруг его рабыня обнажила меч.

— Ты совершаешь ошибку, — Ланс дал Ростовщику последний шанс одуматься.

— Девку постарайтесь не калечить и не уродовать, — жирный гоблин в свою очередь проигнорировал слова аристократа.

В следующую секунду один из магов начал создавать ледяное заклятие. Но вдруг жёлтая вспышка искр молнией раскатилась по всему помещению. Половина отбросов сразу попадала, часть оказалась парализована, некоторые потеряли способность видеть.

— УБЕЙТЕ ЕГО!!! — завизжал гоблин, вокруг которого замерцало защитное поле.

Ланс сделал первый шаг и умерло ещё пятеро. Тела их буквально взорвались от прикосновения с хаотично вращающимися вокруг аристократа шаровыми молниями. Ещё двое выскочили с разных сторон. Первому Ада отрубила руку, второму угодила мечом в пах, пользуясь их нерешительностью. Ублюдки хотели взять её живой и сильно недооценили девушку, которая уже успела кое-чему научиться.

Второй шаг и в господина Бальмуара полетели десятки заклинаний. Слабые недоучки уровня неофита, максимум адепта. Они оказались неспособны развеять магическую защиту артефактов, что уж говорить о преодолении личной защиты Бальмуара.