— Не увлекайся и следи за обстановкой, — прерывисто произнесла Флэр, дыхание которой слегка сбилось.

— Кто тут ещё увлекается, — парировал аристократ и резко подхватил девушку за бёдра.

Через мгновение уже сама раалорианка лежала на спине. Голова её теперь находилась прямо у дыры по центру комнаты, куда и падали её серебряные волосы. Вместе с этим Ланс раздвинул ноги, которые тут же за бёдра подхватила и сама Флэр, позволяя входить любовнику на всю длину.

Шумно стукаясь о сочную задницу, аристократ набирал всё большей темп и попутно вокруг него стали появляться и искры. Небольшой разряд прошёлся по всему дрожащему от оргазма телу. Голова девушки откинулась назад, стоны проносились наверно по всей пирамиде.

В последнем рывке Ланс вошёл настолько сильно, что Флэр перекинулась через край дыры и свисла вниз. Вместе с этим рука легла и на алмаз, который пульсировал настолько интенсивно и часто, что вырывающийся свет стал напоминать беспрерывный поток.

Голос девушки сорвался и через мгновение аристократ поднял её рывком, а сам попутно лёг на спину, позволяя партнёрше отдышаться на собственной груди.

— Хуф! — только и выдала Флэр. — А ты ни чё такой…

— Ага.

— Так, я не поняла, что значит «ага»? — подозрительно спросила раалорианка и прищурилась: сияние в глазах тут же стало слегка ослепительным. — В этот момент ты должен был сказать что-то вроде «О, Флэр, эта стерва Надия никогда не сравниваться в красоте с тобой!».

— Ну, у неё тоже есть свой шарм… к тому же красота госпожи Ишар известна во всём Анхабари. Но… — Ланс приложил руку к алмазу меж двумя сочными грудями. — Такого у неё точно нет.

— Ладно, буду довольствоваться этим неуклюжим комплиментом, — с нескрываемым обидой произнесла девушка, после чего её бледные губки скривились.

— Знаешь, я мог бы и чего-то добавить… Но ты та ещё язва и зазнаваться тебе явно не стоит. Хочешь комплиментов или лести? Сделай что-то со своими дерьмовым характером.

— Пфф… ещё чего!

Флэр легко поднялась, вытерлась, после чего на ней снова начала появляться броня. Меняться из-за каких-то там слов какого-то там смертного, с которым она знакома меньше суток? Просто смешно. Кроме того, характер раалорианки уже давно стал неотъемлемой частью личности, как и этот алмаз в груди являлся неотъемлемой частью физического тела. Да и в таком возрасте смертные уже так просто не меняются, если и вовсе не сказать, что не меняются от слова вообще.

И всё же девушка сдержалась и не влепила пощёчину аристократу. Вместо этого она решила осмотреться с помощью магического зрения. Удавалось это с трудом, ведь как уже было сказано, пирамида обладает системой защиты. Чары не дают глянуть слишком далеко, замыливая картинку различными вспышками.

— Что за… — Флэр вдруг ни на шутку удивилась.

Во время секса она действительно в какой-то момент увлеклась больше нужного и некоторое время не следила за обстановкой. Хвала Этию, что никто в этот момент не напал. Однако руны… её собственные руны стали обладать другими узорами.

За внезапным и как всегда запоздалым осознанием тут же последовал металлический привкус на языке.

Вонь крематория всё сильнее била в ноздри, ведь выжившие рабы сжигали останки беспрерывно. Внутри пирамиды воцарился хаос, все друг друга убивают, чудовищной силы лариосы сходятся в битвах, разрушая всё вокруг. А ведь эхо заклинаний способно убить простого смертного, но кому какое дело? Подумаешь печи не справляются с наплывом тел…

Шиада уже не плакала, просто с грустью сидела рядом с обёрнутым в ткань трупом. Зачем было приходить на этот праздник? Денег что ли мало стало? Или может быть друзей не хватало? Нет. Просто очередная глупость и следствие легкомысленного поведения дали о себе знать.

В руках целительницы всё также находилась статуэтка Этия. Это не магический артефакт, просто религиозная игрушка, такие продаются везде. Многие смертные считают подобные вещи идолами, да и в целом скептично относятся к религии, особенно к религии, связанной с Творцами. Всё даже младшие боги из Совета порой находят возможность и временя, чтобы почтить своим вниманием своих служителей. Творцы же молчат.

В каждом храме Ароса в центре внимания находится Аенор, текущий Владыка Света. Он известен чуть ли ни во всех мирах. Сколько смертных обращаются к нему в своих молитвах в конкретный момент? Миллионы? Нет, скорее миллиарды. И он действительно силён, во всех смыслах. Но вряд ли в этом мире есть существо способное лично решить проблему каждого смертного. Кроме того, остались и те, кто желает уничтожить жизнь как таковую. Культы бездны и демонологи, их твари терзают ойкумену каждый день, пока отец или мать молиться о том, чтобы Аенор Милосердный благословил рождение их сына или дочери. Пусть роды пройдут без проблем, а болезни обойдут ребёнка стороной. Они молятся и просят о помощи, не понимая, что это Владыка Света сам нуждается в поддержке.

Аналогичная ситуация и со всеми другими богами. Ведь даже самое маленькое божество, хранящее колодец в деревне, заботится о чистоте вод. И когда реки окрашиваются в алый из-за очередной битвы рыцарей, то появляются и новые болезни, эпидемии. Местные жители же продолжают требовать больше, а когда вода становится мутной, то перестают молиться и возносить дары. Хранитель слабеет. Из-за этого в какой-то вода становится отравленной. То же самое и любым другим божеством. Меняется лишь масштаб, ведь от поражения Владыки Света будут содрогнуться целые миры, а не деревни.