— Приехали! — крикнул Андро.

Но Уча не услышал его возгласа. Чем больше прибывала вода в реке и ускорялось течение, чем выше поднимались валы волн, тем тяжелее становились весла, тем ниже наклонялся вперед Уча, наклонялся так низко, что распрямляться у него почти не было сил.

Гангия видел это и понимал: одно-единственное желание придает силы Уче — побыстрее во что бы то ни стало добраться, добраться любой ценой.

А Риони нес на своих волнах доски, калитки, бревна, деревья, стулья, свиней, птицу, живых и мертвых.

Волны то заглатывали, то вновь выбрасывали все это на гребень и несли с такой быстротой, что, столкнись невзначай бревно либо доска с лодкой, и несдобровать бы нашим путешественникам.

Уча успевал обходить все эти предметы, несущиеся с неимоверной быстротой. И сам он дивился, как удавались ему, ослепленному от напряжения, потрясенному и обессилевшему, столь ловкие маневры.

Волны с ожесточением швыряли лодку. Гангия не удержался и соскользнул с кормы на днище. Серова бросила ведро, поддержала Андро, вновь усадила его на место и села рядом.

— Вы лучше воду выливайте, не то мы на дно пойдем, — сказал Андро Серовой. — Осталось совсем немного. Чуть-чуть левее, Уча. Нужно к тому ореховому дереву пристать, видишь?

Поднялась луна, осветив реку и дамбу. Отчетливо завиднелось ореховое дерево.

Вода, высоко вздымаясь, била о стену дамбы. На дамбе не светилось ни огонька.

«Никого еще нет. И экскаватора не видать. Верно, вода размыла и затопила дорогу, — заволновался Андро. — Пусть машина застряла, но ведь Важа и Спиридон могли даже пешком добраться до «Пристмана». Что же с ними случилось?! — И сразу же Гангия пронзила еще одна тревожная мысль: — Как взобраться на дамбу? — И тут он с облегчением вспомнил, что чуть повыше орехового дерева рыбаки вырубили ступеньки в стене дамбы. И снова: — Что с ними случилось? Если им не удалось привести сюда экскаватор, то сами-то они могли прийти?»

Течение стремительно тащило деревянный домишко. С крыши его то и дело слетала черепица и с бульканьем падала в воду. Дом несся прямо на лодку, и течение вращало его словно волчок. Первым это заметил Андро.

— Осторожно, Уча!

Но Шамугия не успел отвести удара. Дом врезался прямо в корму. Раздался треск. Казалось, что лодка рассыпалась в щепки, но она лишь завертелась на месте. Весла вырвались из рук Учи. Гангия и Серова, потеряв равновесие, попадали в лодку. Дом уже скрылся из виду, а лодка по-прежнему вертелась на месте. Уча подобрал весла и, изловчившись, остановил лодку.

И не успел он перевести дух, как огромное дерево ударило лодку в бок, швырнуло к стене дамбы. Гангия и Серова едва успели нагнуть головы, но могучие ветви все же полоснули их по спинам.

Галина закричала от боли. Платье и рубашка на ее спине лопнули, и багровый рубец вздулся на коже. Ветки стащили пиджак с Андро, но он даже не обратил на это внимания.

— Ну ни капельки не больно, Андрей Николаевич, ну ни столечко, — сдерживая рыдание, сказала Серова. Спина ее горела и ныла.

Лодка на какое-то мгновение застыла у стены дамбы. Воспользовавшись этим, Уча с размаху всадил весло в пропитанную дождем и размягченную земляную стену.

— Прыгайте! — крикнул Уча Серовой и Гангия. Они привстали, крепко держась друг за друга. Лодка ходила ходуном. На дамбе не было ни кустика, ни деревца — ухватиться не за что.

Уча едва удерживал лодку.

— Прыгайте, прыгайте! — кричал Уча. Течение сносило лодку вниз. Весло, вонзившееся в землю, трещало. — Прыгайте, прыгайте же!

Первым бросился в воду Гангия и, захлебываясь, поплыл вдоль дамбы. За ним последовали Серова и Уча.

Захлестнутая водой лодка тяжело развернулась и пошла на дно.

Все трое плыли по течению.

Вот показались ступеньки, вырубленные в стене дамбы. Андро Гангия ловко ухватился за поручень по левую сторону ступеней. Затем он резко потянул на себя Серову и помог ей вылезти. Уча вцепился в шершавое железо сам. Крепко держась за поручень и едва переводя дыхание, ступенька за ступенькой поднимались они по лестнице.

Риони, шипя и завывая, несся у самых ног. Вода все выше поднималась на ступеньки, как бы преследуя их. Медлить было нельзя. И они продолжали карабкаться по лестнице.

Наконец они взобрались на дамбу и огляделись.

Вокруг не было ни души. В Сабажо тут и там мелькали огоньки. Они быстро перемещались: видно, люди бегали по дворам. Глухо доносились тревожные оклики, крики женщин, плач детей, рев скотины и собачий лай.

— Селение эвакуируют, — сказал Андро. — Что там с экскаватором случилось? И куда запропастились Важа и Спиридон?! — он и не заметил, что говорит вслух.