Шрифт:
– Без презерватива, чтобы кончать в тебя, – тут же ставит он новое условие. Я мешкаю. Меньше всего я хочу залететь. Но меня так часто били в живот, что максимум, что получу от него – это сифилис.
– Ладно. Кончай, куда хочешь.
– Еще я могу тебя поцеловать, – выдыхает он и даже вытаскивает свое жало, но что я отклоняюсь. Не скажешь же ему, что я никогда не целовалась.
– Кто целует проституток? – смеюсь, но резко замолкаю. Хочу ли я его поцеловать? Крутится вопрос и жидким металлом стекает по груди вниз живота. В конце концов мне какое дело? – Могу даже за ручку тебя подержать, как подружка детства и обменяться клятвами. На что ты там еще дрочишь.
– И все это до утра. Пока я не усну.
– Деньги наличными. Сразу.
– Сейчас найдем банкомат и снимем, но отдам в номере отеля. По рукам, Лина?
Его имя меня не интересует.
Мне становится страшно от того, на что я согласилась. То, что он со мной проделает, и в кошмарном сне мне не приснится. Хотя, как это все делать в теории, я знаю на отлично.
– Ну?! – злится парень, а я мнусь. Риск был. Но лучше помучаться ночь под извращенцем и получить свободу, чем потерять себя окончательно. Верно? Верно же?
– По рукам… И не трогай меня, ты еще не заплатил.
Он вдруг ухмыляется. Достает бумажку и пихает мне в карман. Затем просто подтягивает к себе ближе. В кулаке стискивает кофту, не давая вырваться.
– Что ты…
– Это за поцелуй. Для начала, – хрипит он и накрывает мой рот губами, бесцеремонно проталкивая язык внутрь.
Глава 3.
Мне приятно?
Не знаю. Странно, когда копаются языком в твоем рту. Он там как будто клад ищет… С другой стороны, его губы… Пухлые, мягкие, руки не делают больно. Пахнет он приятно.
Но надо это остановить, иначе он меня прямо здесь завалит.
Без денег… И судя по размеру члена, что тычется в живот, может и порвать.
Приходится напомнить ему о договоре. Коленкой. Ну и язык прикусить.
– Вот же сука, – давится он болью и гневно на меня посматривает. Выдыхает и разворачивается, показывая головой направление.
Я, немного приободрившись своим преимуществом, и все еще чувствуя его вкус, иду за ним.
Парень забавно ковыляет в сторону мигающего огнями ближайшего круглосуточного банка.
Там в банкомате он постепенно снимает несколько пачек денег.
Долго думает, что с ними сделать. А я только и смотрю на бумажки, которые являются гарантом моей свободы. Безопасности. Жизни.
Они притягивают магнитом, их запах волнует кровь, и я неосознанно поднимаю руку. На этот раз клиент шлепает меня.
– Эй!
– Даже не думай. Пока не отработаешь, не отдам
– Если мы так и будем стоять в этом районе, то отрабатывать эти деньги придется уже тебе. Здесь больше любят сладких мальчиков.
– Ты, конечно, меня бросишь на съедение меньшинствам, – усмехается он, проводя последнюю операцию. Сумма-то немаленькая.
– Конечно, – он думал, я буду рисковать своей задницей?
И словно по заказу слышу свист… Доигрались.
Парень оглядывается, видит вдалеке нескольких головорезов. И я хмыкаю. Судя по виду, он умеет только поднимать штангу. А на улице надо быть резвым.
– Накаркала же, – выдает он на русском, и я пытаюсь понять, что это значит. – Что смотришь? Давай свой рюкзак. Я не в том состоянии, чтобы драться и тебя защищать.
– Ты о себе позаботься, за меня не надо волноваться.
Пока сзади слышен топот ног, а сердце заходится от страха, он срывает с меня рюкзак и начинает пихать туда деньги.
– Пока не оттрахаю за четыреста штук, ты моя. Так что…
– Что? – выдыхаю, ошеломленная, что моя драная сумка набита деньгами.
– Пригнись! – крик, свист и над головой летит нога. Мой клиент бьет одного из лысых придурков, так что те валятся как кегли.
Парни Марсело?
Еще секунду назад я на них смотрела, а теперь бегу, держась за руку незнакомца, по улице. Быстро, чтобы парни сзади отстали, и думаю, что вырвать сумку у этого богатенького не составит труда.
Но я мешкаю. Это странно вот так бежать по улице с кем-то. Вместе. За руки. Словно мы не просто клиент и проститутка, а приятели. Друзья. Что же такое – эти самые друзья? Да и бывают ли они?
Хватит выдумывать, Алена. В твоем мире существуют только деньги, и прямо сейчас ты можешь вырвать сумку и убежать в другую сторону. Облегчить себе жизнь, с совестью разберешься позже.
И я даже тянусь за деньгами, почти касаюсь рюкзака, но вдруг, резко с глухим стоном врезаюсь в твердую спину.