Я судорожно хватал ртом воздух, не в силах произнести ни слова, и только когда некромант ослабил давление ауры, вновь поднялся на ноги и ответил, практически не покривив душой:

— Не понимаю, о чём вы.

Я правда не мог понять, почему некроманта волнует Демон Фантазма, а главное, откуда мой так называемый дядя вообще о нём узнал.

— На тебе следы этой твари, я чувствую это.

Хоть Реник Фудре и ослабил давление, с каждым его словом меня словно били по темечку.

— Да какие следы?!

— Отпечаток одержимости этим мерзким новым богом Эйделоном. К тому же, он благословил тебя.

Тфу, блин, что за бред?! Новый бог-то тут при чём? Не мог же демон переместиться в Арктанию и сразу стать богом? Эээ… или мог?!

Я тут же вызвал окно характеристик и посмотрел в раздел особенностей персонажа:

Проклятие богини Элении — запрет на вступление в группы с другими игроками;

Благословение богини Элении — опыт + 10%;

Благословение бога Эйделона — мёртвые благоволят вам и никогда не нападут первыми.

След Инферно — однажды вы были одержимы демоном и это наложило на вас отпечаток. Будьте осторожны, этот след могут почувствовать, как жители Инферно, так и служители Света.

Ох, чёрт. Как жаль, что я не успел как следует изучить свои характеристики после того, как выпустил Демона Фантазма. Тогда я бы знал, что он действительно каким-то образом стал Богом Мертвых, ведь только так я мог получить его благословение. Да и мертвецы мне не враги, как выяснилось, и можно было их вовсе не опасаться. В целом, стоило бы даже сказать демону спасибо за столь полезное благословение, если бы не След Инферно, явно делающий из меня практически прямого врага «светлых».

— Да, благословение есть, — вынужденно признал я.

— Ты первый в этом мире получил его, а значит, напрямую связан с появлением нового бога. Я должен знать, откуда взялся этот Эйделон и на что он способен.

На мой взгляд, логика была довольно сомнительная, но раз уж он узнал о благословении раньше меня, то явно неплохо разбирался в этих вопросах.

— Я жду, — поторопил некромант, вновь усилив давление.

Мы стояли в чёрном коконе, и я понятия не имел, что происходит вокруг и где мы вообще находимся. Поэтому шансы сбежать отсюда были очень невелики, но и ответить на вопрос некроманта я никак не мог.

Немного помявшись, я решил сказать правду:

— На мне ограничение договора, заключённого с демоном…

Голову пронзила такая боль, словно в глазницу вбили огромный гвоздь. Рухнув на колени, я свернулся в комочек, прижав ладони к вискам, и тихо завыл. Я даже не подозревал, что боль в игре может быть настолько сильной. Не знаю, сколько длилось наказание за нарушение договора, но когда я смог нормально мыслить, то увидел перед собой холодные белёсые глаза некроманта.

— С демоном, значит?

Он смотрел на меня таким взглядом, словно вознамерился клещами вытащить ответы несмотря на все ограничения.

— Я такую боль ещё раз не выдержу, — дрожащими губами предупредил я.

В реальном мире от такой сильной боли я бы наверняка потерял сознание, а вот игра позволила мне ощутить все «прелести» моих девяноста семи процентов ощущений. Насколько я понял, договор среагировал не на открытие самого факта его заключения, а на упоминание демона. Возможно, знание о том, что новый бог раньше был демоном Инферно, позволяло нащупать какие-то его слабости.