Слова «бой окончен» будто разом выпустили из меня весь адреналин. Тяжёлым камнем мгновенно обрушилась усталость. Я вдруг понял что хватаю воздух ртом, а лёгкие горят будто после кросса. Захотелось сразу же куда-нибудь присесть и передохнуть хотя бы пять минут. Подготовка подготовкой, а реальный бой застал врасплох. Казалось битва с петухом и ордой его куриц длилась целую вечность, и всю эту вечность я находился на пределе сил.

— Ух, а прошло то от силы четыре минуты, — произнёс вдруг Борис выдохнув. Он казался вполне спокойным. — Разворошили мы курятник, заставили понервничать.

Я удивлённо посмотрел на него.

— По ощущениям целый час, — нервно рассмеялся я.

Рядом на землю осела Ольга. Анна Степановна осталась стоять на ногах, но её то и дело сотрясала нервная дрожь. Федя, тиская в руках рукоять колуна, грозно зыркал по сторонам будто искал жертву, страшный человек он оказывается. Спокойствие сохранял только Порохов.

Командир окинул нас взглядом.

— А ну становись! Мы всё ещё на опасной территории. Не время расслабляться.

Мне показалось, что Ольга или Анна Степановна начнут сейчас наезжать на Порохова. По крайней мере в кинофильмах так часто бывает, но нет. Медичка выпрямилась, а Ольга послушно встала на ноги

— Доложить о статусе отряда, раненные есть?— продолжил командовать Порохов, когда мы поставили оружие на предохранители.

— Живой.

— Жива.

— Жив-здоров.

— Живая.

— В норме, — последним отвечал Фёдор, который, до сих пор никак не мог справиться со сбившимся дыханием.

О бое Разводного с петухом напоминали отметины и выбоины на его бронекостюме и царапины на стекле шлема. Маскхалат который и так висел на нём будто как простыня, был изодран в труху. В остальном серьёзных повреждений не наблюдалось.

Я тоже бегло оглядел отряд. Раненных и правда не было.

— Ну что, бойцы-молодцы! Поздравляю с боевым крещением, — Порохов окинул взглядом всю группу, после чего уставился на Разводного. — Однако!… Этому умнику, я думаю, орден надо дать, — в тоне командира резко добавилось строгости. Закинув автомат за спину, он с угрожающим видом направился в сторону научного сотрудника. — Разводной, ты забыл своего место? Ты забыл цену оборудования, которое на тебя нацепили? Или подохнуть раньше времени захотелось? — а затем его голос сорвался на крик. — Ты куда полез?

— Я… — «Ключ» хотел было что-то возразить. Похоже, он ожидал, что его похвалят, а не наоборот. Но командир тут же перебил.

— Я, я… Капля от струя! — продолжал отчитывать его Порохов. — Скажи спасибо, что вообще выжил. У тебя что, ушиб головного убора случился?

— Так я считай Ларионова спас! — возмутился Федя.

— А если бы сам сдох, я бы тебя точно убил, — голос младшего лейтенант резко смягчился. — Ну, а целом, сработал неплохо. Очень неплохо. Я бы даже сказал, что без тебя мы бы с петухом не справились.

В этот момент я никак не мог уловить посыл Порохова. Казалось, он решил воспользоваться техникой традиционного военного юмора, который лавирует на границе максимальной серьезности и искренних шуток. Такое я испытал на собственной шкуре во время срочной службы. Ни одно наше построение не обходилось без подобных спичей, где непонятно отчитывают тебя или откровенно высмеивают, а солдаты в строю не могут сообразить, ржать во весь голос или молчать смиренно понурив головы.

Оставив в полном недоумении «Ключа», Порохов переключился со своей тирадой на Бориса.

— Борис, дохера болтаешь во время боя, — голос Порохова стал намного ровнее и спокойнее. Видимо успел взять себя в руки после боя. — Ты ведь взрослый мужик. Меньше слов больше дела.

— Виноват, дурак, исправлюсь, — Борис произнёс это очень непринужденно, будто не принимал слова Порохова всерьёз.

Мимо Ольги младший лейтенант прошёл молча, одарив ту лишь одобрительным кивком. Видимо разумно решил быть помягче с девчонкой.

На очереди был я.

— Ларионов!

— Я, — отозвался я, встав по-солдатски по стойке смирно.

— В пятку из ружья! — хмыкнул он. Начал он, разумеется, максимально строгим голосом, но с каждым следующим словом его голос заметно смягчался. — Стреляешь хорошо. С реакций порядок. За самостоятельное принятие решения в нужный момент хвалю, — внезапно его указательный палец оказался прямо у моего лица. — Но патроны экономь, Рэмбо! Мы все по два магазина потратили, а три опустошил.

— Ну так я и убил больше всех, — решил я уточнить, куда были потрачены казённые боеприпасы.

— Это спорно, — почти в один голос произнесли все члены отряда. Ребята переглянулись, а затем все дружно заржали