— Великолепно сказано, товарищ Геркан! — очень так солидно кивнул головой Василий Федорович, отметив для себя главное — никто опосредованно не покушается на право Автодора существовать. А ведь время сейчас было такое, неопределенное. Пусть создатель данного учреждения — товарищ Сталин и, вроде как, одержал верх над своими политическими соперниками, стул под ним еще покачивался. Отчего атак на его начинания можно было ожидать с любой стороны. Те, кто обитал в верхах, прекрасно это понимали, вследствие чего порой искали подвох в любых словах. Но в данной беседе ничего подобного не прослеживалось. Ведь даже потенциальный создатель внедорожной техники полагал их работу крайне необходимой. — Со своей стороны мы делаем все возможное, чтобы описанное вами оказалось претворено в жизнь как можно скорее! При этом в нашей организации прекрасно осознают, что всё и сразу сделать невозможно, отчего ваша идея создать колесный вездеход, была встречена с пониманием. Потому мы сможем удовлетворить выказанную вами ранее просьбу, но в несколько ином виде. Вы получите не один легковой автомобиль Форд-А, а целых два! Полагаю, что имеющихся в них комплектующих вам окажется достаточно, дабы претворить в жизнь свой проект! Поздравляю! — не дав сказать визитеру ни единого слова за или против такого хода дела, схватил того за руку и начал очень активно ее трясти Дмитриев. — Более того! Учитывая, что при испытаниях вам, несомненно, понадобятся топливо и масло, мы предоставим вам соответствующие талоны на общую сумму в тысячу рублей, чего, как я полагаю, окажется вполне достаточно для тестовых выездов. Еще раз поздравляю! — Кто-то со стороны мог бы подумать, что это было шагом со стороны руководства Автодора навстречу изобретателю-энтузиасту. Вот только подобная щедрость была обусловлена тем, что у них остались никем не востребованные легковые автомобили из призового фонда. А тратить дефицитную валюту на закупку запрошенного списка запчастей и комплектующих, никто не желал совершенно.

Так Александр в одночасье превратился в отъявленного буржуа, имеющего в личной собственности аж две машины в стране, где даже за велосипедами стояла невообразимо длинная очередь. И это положение следовало исправлять как можно скорее. Естественно, не организовывать всем срочную выдачу велосипедов — а превращаться обратно в обычного пролетария. Тем более, что содержат за свой счет Форд-А, действительно было накладно. Хорошо еще, что все полагающиеся к уплате налоги за регистрацию автомобилей также взял на себя Автодор, ибо выплатить их с оклада комвзвода не представлялось возможным даже за год. Теперь дело оставалось за малым — пережить зависть начальства и сослуживцев, которая, несомненно, будет клубиться вокруг вплоть до завершения задуманного им проекта. Да и после может сохраниться тоже.

[1] ХПЗ — Харьковский паровозостроительный завод

[2] Наркомвоенмор — Народный комиссар по военным и морским делам СССР

[3] НТК — научно-техническая комиссия

— И как тебе товарищи инженеры? — с хорошо заметным удовольствием уместившись на переднем сиденье новенького Форда, поинтересовался у владельца автомобиля Гинзбург. Как и любой другой представитель простого народа, он не был избалован комфортом, отчего полагал продуваемый всеми ветрами и воняющий бензином с машинным маслом салон автомобиля едва ли ни верхом блаженства в плане осуществления поездки. В том числе по этой причине с удовольствием согласился на совместное с Герканом посещение ГКБ ОАТ, так-то добираться до которого пришлось бы за свой счет, да еще по захватившей всю Москву хляби. Зима потихоньку сдавала свои позиции, и весь неубранный снег превратился в труднопроходимую кашу.

— Вот честное слово, Семен. Если они работают в Орудийно-Арсенальном Тресте, то пусть и занимаются пушками, да снарядами. А все, что связано с мехтягой у них надо срочно забирать. Ты же сам всё видел и слышал! Они же там вообще не воспринимают ничего, что не исходит от них же самих! — удрученно покачал головой Александр, прежде чем включить зажигание и выжать педаль стартера. Проектирование полноприводного шасси всё еще находилось в стадии подготовки чертежей, отчего одна из двух полученных в качестве выигрыша машин до сих пор не подверглась разборке и использовалась по прямому назначению.

Посещение Главного Конструкторского Бюро ОАТ оставило в душе комвзвода двоякое ощущение. С одной стороны — в нем были собраны действительно грамотные и понимающие инженеры. Не танкостроители, конечно. Но в своих областях — очень сведущие люди. Сам он, по сравнению с этими профессионалами, в качестве конструктора не котировался вовсе. Банально не имелось необходимых теоретических знаний, и отсутствовал опыт именно опытно-конструкторских работ. Что мгновенно стало понятно абсолютно всем, отчего его вес в глазах сотрудников бюро упал весьма низко. Ведь военных с их многочисленными пожеланиями имелось в тысячи раз больше, нежели тех, кто умел создавать хоть какую-то военную технику. Потому, более господа, нежели товарищи, инженеры и принялись задирать нос, едва ли не каждым своим словом показывая превосходство над заявившимся в их «мир чертежей и расчетов» неучем. Если бы не Гинзбург, то и вовсе попытались бы заклевать молодого краскома. Стервятники! С другой стороны — никого, кроме себя, слышать они не хотели, банально встречая в штыки все приводимые визитером доводы о том, что должно, а что нет, иметься у настоящего танка предназначенного для ведения боев, а не проведения парадов. Хотя, возможно, кто-нибудь их них и мог бы пойти навстречу Геркану в плане ведения более конструктивной беседы, если бы не существующая в этом коллективе круговая порука. Никто просто-напросто не смел сказать слова против мнения главного конструктора — Шукалова, Сергея Петровича. А тот закусил удила и отвергал любые аргументы, упирая на тот факт, что ему, настоящему инженеру, виднее, что да как.

— Ну, с необходимостью расположения броневых плит под рациональными углами наклона они все же согласились. Даже пообещали почти полностью переделать чертеж корпуса Т-19, — пожал плечами представитель НТК.

— И только! — аж обвинительно ткнул пальцем Александр в сторону покинутого ими здания. — А вообще, их беда состоит в том, что Шукалов хочет создать всё новое. Абсолютно всё! С нуля! Он мыслит императивами созидателя и не понимает, что для армии это путь в бездну. Впрочем, как и для промышленности, — удручающе покачав головой, начал он процесс перетягивания на свою сторону того человека, которому по долгу службы предстояло являться судьей для всех танковых конструкторских бюро. — Ведь мало разработать хороший танк. Его еще требуется создать таковым, чтобы существующие заводы могли его произвести, а в армии их могли бы обслуживать вчерашние крестьяне и рабочие. После соответствующего обучения, конечно, — поспешил уточнить комвзвода, дабы не выглядеть совсем уж кремлевским мечтателем.

— Хочешь сказать, что он не желает быть реалистом? — почти прокричал Семён, поскольку вести в сдвинувшейся с места машине разговор в прежнем тоне уже не представлялось возможным. Вой двигателя с КПП, гул ветра, скрип кузова и рессор, начисто забивали любые мало-мальски тихие звуки.

— Совершенно верно! — не отрывая взгляда от дороги, кивнул головой Геркан. Так-то на улицах Москвы было запрещено разгоняться свыше 20 километров в час, отчего вождение не могло таить в себе серьезную опасность. В теории. Однако снующий туда-сюда толпами народ, постоянно создавал аварийные ситуации на проезжей части, отчего водителю приходилось быть особо внимательным. — Может таким и должен быть настоящий инженер-конструктор, мечтающий о технической революции. Но нам от этого не легче. Потому, лично я очень сильно расстроен обоими предоставленными нам на ознакомление проектами танков. Быстро запустить их в производство никак не выйдет. Да и спроектированы они некорректно. Это я тебе как повоевавший танкист говорю! По сути, их надо объединять воедино и сделать нечто среднее, чтобы получить тот самый общевойсковой танк, который прописан в существующей ныне системе вооружения. У них же пока выходит что? Т-19 слишком слабо бронирован, да еще требует уникального двигателя, который необходимо разработать и после где-то запустить в мелкосерийное производство! То есть он уже не сможет быть недорогим и массовым в производстве! Плюс, новый двигатель с кучей детских болезней — это сущий кошмар любого технаря в войсках! Т-12 столь же слабо бронирован, вооружен ничуть не лучше, но при этом вдвое тяжелее и, соответственно, сильно дороже! В чем тут польза армии и стране? Я не понимаю! Куда ты прешь, дурень! Жить надоело? — вдарив по тормозам, Александр принялся через лобовое стекло грозить кулаком какому-то быстро скрывшемуся с дороги мужичку практически бросившемуся им под колеса. — Не! Ты это видел? Вообще по сторонам не смотрят! Как будто бессмертные! — посетовал он своему пассажиру на несознательность граждан. — А если бы дорога была накатанной? Сшибли бы начисто!

— И что бы посоветовал ты?

— Думать, прежде чем, не глядя, ступать на проезжую часть!

— Да я не про этого дурака. Я про ситуацию с командой Шукалова, — внес необходимое уточнение Гинзбург, чтобы вернуть Александра в прежнее русло беседы. Все же это именно ему уже вскорости предстояло делать доклад руководству УММ о жизнеспособности означенных проектов, и потому было очень желательно иметь для проведения должного анализа несколько точек зрения.

— Вот, что я тебе скажу, — вновь потихоньку тронув машину с места, произнес с четверть минуты спустя несколько задумавшийся Геркан. — Хоть они там все и умные до невозможности, главного-то понять не могут. Или не хотят. У них банально отсутствует системный подход к решению поставленных перед ними задач. Я сейчас имею в виду весь спектр задач по моторизации армии в целом, — на всякий случай уточнил комвзвода. — Более того! Им даже нет резона подходить к решению данного вопроса с учетом всех существующих взаимосвязей. Ведь если мы с тобой прекрасно осознаем, что унификация боевой техники по механизмам, запчастям и комплектующим является благом для армии, — исподволь объединил он их обоих в сторонники данной идеи, хотя сам Гинзбург ни о чем подобном пока не проронил ни слова, — то для них это, наоборот, недостаток. Что они так же прекрасно понимают. А соль вся в том, что ГКБ получает финансирование за новые разработки, а не за скорейшее усиление армии. И чем больше новых разработок, тем больше фондов видится возможным затребовать. Потому то, что хорошо для армии, плохо для них, — принялся топить он своих главных конкурентов, уже имея планы на перехват немалого количества сотрудников этого самого бюро, коли их начнут разгонять. — В этом, полагаю, и есть главное отличие их бюро от того, в которое временно перевели меня. Хотя с товарищем Дыренковым я пока лично не общался и ничего не могу сказать про его отношение к нашему общему делу по усилению обороноспособности страны, — не забыл желающий возвыситься краском, накидать себе пару плюсиков в глазах будущего приемщика его работ. — Вдобавок, как мне показалось, они вообще не осознают, что моторизованная колонна должна обладать возможностью двигаться с одной средней скоростью. Стало быть, и танки разных классов обязаны находиться в одном скоростном диапазоне, как и артиллерийские тягачи, как и грузовые автомобили, как и броневики. Понимаю, что я сейчас говорю несколько сумбурно, — покрутил он в воздухе рукой, якобы показывая этот самый творящийся в его мыслях сумбур. — Просто не знаю, как объяснить тебе более понятно.