Перед тем, как ворваться в лес, я поднял глаза и выругался. Кажется, из-за горы выглянула луна… Ну, теперь точно закат уже был.

Они мне за всё ответят! Кто именно «они», я не знал, но эта мысль придала мне сил. Я понёсся ещё быстрее, и ветки, неожиданно появляющиеся в темноте, захлестали по глазам.

Тогда я перехватил скрюченного Идана за шкирку и выставил его вперед, чтобы тот… кхм… показывал дорогу.

— А! О! Хор-ло-ва па-даль! — проводник орал, как недорезанный, но за везение надо было платить.

— Где медоежи?! — заорал я.

Идан вытянул руку с пальцем.

— Там! — успел показать он, а через секунду ему прилетело особо толстой веткой, но я успел запомнить направление.

Взял я всё же правее, искренне надеясь, что у барда и Креоны хватит мозгов бежать в нашу сторону. Виол точно должен услышать нас.

За спиной раздался вой, и у меня побежали мурашки по коже. Ну точно, оборотни… В кого там превращаются и без того не особо симпатичные обитатели леса, я не знал и знать особо не хотел.

— Кутень! — рявкнул я, — Помоги чародейке с бардом, и веди их к нам!

Цербер мигом сорвался из топорища в лесную чащу и исчез в темноте. А я так и продолжил бежать, прокладывая дорогу проводником. Ну, на то он и проводник…

— Отпусти его, упырева моча! — Виол неожиданно вылетел из кустов, замахиваясь лютней, и я машинально приложил его Иданом.

Тот как раз стал очухиваться, но встретившись лоб в лоб с бардом, опять отключился.

— А, громада, это ты… — упав на задницу, бард схватился за голову, — Сразу бы сказал.

— Так вас мой цербер же привёл.

— Цербер?! Посылать в кромешной темноте за нами теневого щенка? — возмутился Виол.

— Но вы же нашли нас, — улыбнулся я, отмечая, что мою сумку бард не потерял.

При этих словах мне на плечо упал цербер, затявкав истошное «там-там-там», а потом из кустов следом выбежала бледная, как луна, Креона.

— О, Малуш, хморочий ты сын, вот ты где, — тяжело хрипя, выдавила она, — Там эти превратились… они там в этих… — она покачала головой и замахала руками, пытаясь показать, во что именно превратились лешаки.

Машинально я поднял голову, глядя на появляющиеся среди прорех в листве звёзды. Перед этим около пяти минут мы неслись по лесу в полной тишине, и эта тишина мне дико не нравилась. Я подозревал, что нас могли спасти две вещи, и одна из них мне ещё больше не нравилась.

Первое — часть лешаков понеслась за посохом шамана.

Второе — на превращение им понадобилось время. Это «второе», скорее всего, и помогло нам. Вот только теперь лешаки являют из себя тех существ, из-за которых лес вокруг девственно чистый от магии.

— Разбуди его! — я сунул Идана Креоне.

Та удивлённо посмотрела на проводника, у которого всё лицо было исполосовано царапинами, а одежда теперь представляла лохмотья.

— Что с ним? — спросила чародейка, прикладывая холодные ладони к лицу проводника.

— Дорогу показывал, — буркнул я, переглянувшись с принцессой, — И устал.

Идан очнулся через пару секунд, испуганно вздрогнул и зарыскал глазами вокруг.

— Где медоежи?! — сразу же спросил я.

— Громада, человек очнулся в лесной глуши, вокруг темень, и ты его спрашиваешь дорогу? — заворчал бард.

Но Идан, лишь разок мазнув глазами по звёздам сверху, снова ткнул пальцем в сторону. Я тут же послал туда Кутеня, и уже через секунду он показал мне склон холма, испещрённый огромный норами.

По моей задумке стая разъярённых медоежей должна была схлестнуться с племенем лешаков. А мы бы под шумок сбежали… Но, судя по тому, что все норы были запечатаны огромными валунами, у самих медоежей были совсем другие планы насчёт лешаков. Проще говоря, они закрылись на ночь, предпочитая отсидеться в безопасности.

Когда Кутень вернулся, над лесом снова раздался леденящий душу вой. И он сразу подстегнул меня в направлении гнезда медоежей.

— Быстрее, быстрее!

Добежав до первой же норы, заставленной валуном, я уже на ходу призвал столько Тьмы, сколько мог. Ярость чуть не разорвала мне мышцы, но я влепился в камень, который высотой был мне до макушки и, зарычав от усилия, стал его сдвигать.

Глыба поддалась, откатываясь, и уже через секунду мы оказались внутри. Не тратя ни секунды, я снова ухватился за камень, пытаясь его втянуть, назад…