Наварх удивленно воззрился на него:

– И что толку с этого?

– Неважно. Делайте, как я говорю. Где Друзилла? Где Игрель Тинси?

Почему их нет на борту?

– Да… Почему их нет на борту? Я разгневан. – Наварх ринулся к трапу, оттолкнув Лейдиг. – Подождите! – взревел он. – Здесь не все пассажиры. Где Зан Зу из Эриду? Мы не можем улететь без нее. Я отказываюсь уезжать, ничто не сдвинет меня с места.

– Успокойся, старый дурень, – проворчал Торрас да Нозза, – из этого ничего хорошего не выйдет.

Наварх метался по салону. Он замолотил по перегородке, нажав на ручку запасного выхода. В конце концов Хеланс отворил дверь и вошел в салон, чтобы успокоить бунтовщика:

– Потише, старина. Мы уезжаем согласно приказу. Ты же не хочешь один брести весь путь до города. Успокойся!

– Послушайте, Наварх, – увещевал Леранд Уибл. – Вы ничего не добьетесь.

Сидите тихо.

– Ну ладно, – сказал Наварх. – Я протестовал. Сделал все, что мог.

Больше мне сказать нечего.

Хеланс вернулся в передний отсек. Он влез в кабину пилота, закрыл дверь. Джерсен, который прятался в сторонке, ударил его камнем по голове.

Хеланс застонал, оглянулся и увидел врага, хотя кровь заливала ему глаза.

Он издал неопределенный вопль. Джерсен ударил еще раз. Белоглазый упал.

Джерсен сел за пульт управления. Аэрокар взмыл вверх в лучах восходящего солнца. Кирт обыскал Хеланса и нашел два лучемета, которые засунул в карман. Он снизил скорость, так что аэрокар завис над землей, отворил двери и вытолкнул Хеланса наружу.

«В салоне, – подумал Джерсен, – Виоль Фалюш, должно быть, удивляется, что за странный курс взял Хеланс». Джерсен оглядел расстилавшийся внизу океан и наконец обнаружил островок милях в двадцати от берега. Он покружил над ним и, не найдя никаких признаков присутствия людей, посадил аэрокар.

Джерсен спрыгнул на землю. Подойдя к люку салона, он открыл его и заскочил внутрь.

– Все выходите. Быстро. – Джерсен повел лучеметом.

– Что это значит? – промычал Уибл.

– Это значит: все выходите.

Наварх вскочил:

– Давайте! – завопил он. – Выходите все.

Гости неуверенно вылезли наружу. Когда Марио пошел к двери, Джерсен остановил его:

– Ты остаешься. Веди себя тихо и не двигайся, а то я убью тебя.

Танзел, а затем Этьен тоже были остановлены и усажены. В конце концов салон опустел, в нем остались лишь Джерсен и подозреваемые. Снаружи бушевал Наварх:

– Не вмешивайтесь, или пожалеете. Это дело МПКК! Я точно знаю.

– Наварх! – позвал Джерсен из салона. – Мне нужна ваша помощь.

Наварх влез обратно в салон. Он обыскал Марио, Танзела и Этьена, пока Джерсен держал их на мушке. Поэт не нашел ни оружия, ни чего-либо указывающего на личность Виоля Фалюша. По приказу Джерсена Наварх привязал троицу к креслам обрывками веревок, ремней и полосками ткани. Пленники крыли Джерсена последними словами и требовали объяснить причину подобного обращения: Танзел был самым многословным, Этьен – самым ехидным, а Марио – самым разгневанным. Все высказывались с одинаковым пылом. Джерсен ответил на все их тирады чохом:

– Перед двумя из вас я извинюсь позже. Те, за кем нет вины, должны сотрудничать со мной. От третьего я ожидаю неприятностей, и к ним я тоже подготовился.

– Во имя Йеху! – взвился Танзел. – Чего вы от нас хотите? Назовите третьего и разбирайтесь с ним.

– Его звали Фогель Фильшнер, – ответил Джерсен. – А теперь он известен как Виоль Фалюш.

– А мы тут при чем? Ищите его во Дворце.

Джерсен усмехнулся:

– Неплохая идея. – Он подергал путы, там подтянул, здесь укрепил узел.

– Наварх, садитесь с этой стороны и следите за ними внимательно. Один их них отнял у вас Игрель Тинси.

– Скажите который.

– Фогель Фильшнер. Вы не узнаете его?

– Хотел бы… – Поэт указал на Марио:

– У этого глаза бегают. – Кивнул на руки Танзела:

– А этот манерный, как Фогель. – Затем он повернулся, оглядывая Этьена:

– Этот злобен, да еще и несчастен.

– Конечно, я несчастен, – фыркнул Этьен. – С чего это мне веселиться?