Принц кивнул в сторону высокой волны, выбросившей на поверхность загадочное создание, за которым охотились матросы. Это был дельфин. Он сделал на прощание грациозный разворот и вновь скрылся из виду.

– О чём вы только думали? – спросил Эрик, сложив руки на груди, и обвёл толпу разочарованным взглядом.

– Это опасные воды, – ответил Маллиган одновременно и нагло, и смущённо.

– И опасное время, – добавил Хокинс. – Как-никак сегодня Коралловая луна! – Он подобрался поближе к принцу, который уже начал сматывать верёвки, привязанные к гарпунам, и, понизив голос, продолжил: – Говорят, именно в эту ночь подводный царь отправляет своих дочерей-русалок завлекать моряков на верную смерть!

– Правда? Прямо так и говорят? – нахмурился Эрик. Он вспомнил, как давным-давно мама рассказывала ему сказки о кровожадном подводном народе с рыбьими хвостами вместо ног. Эти истории не казались ему правдоподобными даже в детстве.

– Ага! – взволнованно закивал пожилой матрос. – Они, как древние сирены, поют так сладко и так нежно, что даже самый сильный мужчина не сможет устоять.

– Это всего лишь старая легенда, – успокоил его принц. «И довольная глупая к тому же», – добавил он про себя, направляясь обратно к такелажу. Внезапный порыв ветра угрожающе качнул корабль. – Шторм приближается! Все за работу!

Мужчины разошлись и вернулись к своим делам, но только не раздосадованный Хокинс. Он последовал за Эриком, указывая на каждый сильный толчок волны как на неоспоримое доказательство: это всё коварный подводный король и его жуткие дочери-русалки. Корабль угрожающе накренился, чуть не сбив старого матроса с ног.

– Ну, видели?! – спросил он у принца, пытаясь восстановить равновесие.

– Порыв бокового ветра врезался в борт, только и всего, – ответил юноша, остановившись, чтобы помочь одному из матросов закрепить канат.

– Морской король перевернёт нашу посудину, ему только волю дай, – продолжал брюзжать Хокинс.

Эрик заметил, что шпринтовый парус от сильного порыва ветра зацепился за бушприт, и поспешил к нему, но Хокинс схватил принца за руку.

– А как окажемся в воде, попадём прямо в лапы к русалкам. Бесчувственные твари! Говорят, они никогда не плачут. – Чтобы придать больше убедительности своим словам, матрос ткнул себя пальцем в глаз.

– Ну... – протянул юноша, пытаясь вырвать свою руку из цепких пальцев Хокинса. – Вероятно, их чувства куда глубже, чем наши.

Ему наконец удалось освободиться, и он помчался к мачте, оставив старика в одиночестве бормотать себе под нос всякую чушь. По правде говоря, Эрик не знал, верит ли он в русалок и других мифических созданий или нет. Но если они всё же существуют, он не сомневался, что в них нет жестокости и коварства, приписанных им людьми. В историях его матери упоминалась не только бессердечность русалок, но и их традиции, ритуалы, их семьи. Может, люди относятся к ним слишком уж предвзято? А даже если и нет, едва ли ненависть к русалкам стоит того, чтобы тратить время и оружейные запасы, стреляя по дельфинам. И уж тем более они не заслуживали того, чтобы думать о них сейчас, когда корабль входит в опасные воды и все должны быть наготове. Принц взобрался на узкий бушприт и попытался освободить парус, но корабль вдруг сильно накренился, и он чуть было не свалился за борт.

– Эрик? Что ты там делаешь? Немедленно слезай!

Юноша с ухмылкой посмотрел вниз на своего наставника сэра Гримсби. Премьер-министр стоял на носу корабля с позеленевшим от качки лицом. Оно выражало странную смесь беспокойства и раздражения, слишком уж хорошо знакомую юному принцу.

– Не стоит так сильно переживать за меня, Гримсби!

Мужчина приподнял левую бровь, давно не удивляясь беззаботным выходкам своего подопечного.

– Можешь считать меня эгоистом, но мне бы крайне не хотелось рассказывать королеве, как её сын упал за борт прямо у меня на глазах, особенно сегодня, в день твоего рождения.

Эрик хотел было продолжить эту увлекательную словесную перепалку, но отвлёкся и, прищурив глаза, стал вглядываться в морские просторы.

– Эй, кажется, там какое-то судно! Направляется к берегу! – взволнованно закричал он. – Сопроводим их до порта и посмотрим, чем они торгуют.

Спрыгнув на палубу, принц быстро подошёл к Гримсби, выхватил у него из рук подзорную трубу и стал с любопытством разглядывать незнакомый фрегат.

– Наш корабль и так забит под завязку! – возразил премьер-министр. – Мы уже семь недель шатаемся по морю, рискуя своими жизнями. Довольно! Мы плывём домой. Сегодня же!

Но Эрик, казалось, даже не слышал слов наставника. Он с восхищением представлял, какие диковинные вещицы могли везти эти торговцы из дальних стран. В такие мгновения юноше казалось, что перед ним открыт весь мир. И пусть нервная система Гримсби окончательно сдала за последние семь недель, принцу даже года в плавании было бы мало. Он перегнулся через борт, чтобы получше рассмотреть вожделенный корабль, но премьер-министр вырвал подзорную трубу из его рук.

– Эрик, очень прошу, услышь меня, – с мольбой произнёс мужчина. – Ты должен беречь себя, будь осторожнее... Ой! – Их судно вновь подпрыгнуло на высокой волне. Гримсби потерял равновесие и, размахивая руками, чтобы не упасть, выронил подзорную трубу за борт.