— Давайте, парни, выгружайте этих тварей, — приказал Дима.

Тут же сопровождавшие бойцы вытащили трупы убитых итальянцев и подтащили их к отвесному берегу.

— Ну что, сам это сделаешь? — все с той же ухмылкой произнес Дима-грек.

— Ты про что? — с недоумением переспросил я его и посмотрел на Роба, который стоял рядом.

— Ну, может быть, в Нью-Йорке это делают как-то по-другому, но мы работаем по старинке, — Дима достал спрятанный за спиной здоровенный нож, больше всего напоминавший тесак мясника, и, осклабившись, подошел к телам итальянцев.

Он присел на одно колено, всадил свой тесак в грудь одного из убитых и начал вскрывать его, словно консервную банку, до самого пупка.

К горлу мгновенно подкатил комок, и я еле сдержался, чтобы не оставить на берегу свой завтрак. Я глянул на Роба, тот стоял бледный, словно увидел привидение. По его взгляду можно было понять, что он тоже еле сдерживается.

У Димы-грека на вскрытие тела ушла пара секунд, по всей видимости, это он делал не в первый раз.

— Ну что, встали, давайте закидывайте в него камни, — глядя на нас, произнес Дима.

Мы с Робом, переглянувшись и сдерживая рвотные позывы, приступили к работе. Как только дело было сделано, один из бойцов кинул нам льняную веревку, и мы обвязали ей труп, так чтоб живот не разошелся.

— Ну, вот и славненько, — с улыбкой протянул Дима. — Давайте в озеро его. Мы с Робом взяли труп за руки и за ноги, раскачали и что было силы закинули его как можно дальше от берега. Тело тут же пошло ко дну.

— Теперь понял, что нужно сделать? — спросил Дима и протянул мне свой тесак, но тут вмешался в разговор Роб.

— У меня свой инструмент, — и он достал нож.

На это грек одобрительно хмыкнул и отошел в сторонку, чтоб наблюдать за происходящим.

Со вторым трупом сделали точно так же, отправив его ко дну. После чего я подошел к повозке и взял бутылку виски. Несмотря на жару, я сделал из горлышка несколько добротных глотков. После чего Роб выхватил у меня из рук бутылку и присосался к ней.

За всем этим, улыбаясь, наблюдал Дима. Возможно, он проверял меня и Роба, а возможно, этот тощий с аккуратно подстриженной бородкой парень просто псих. Но, после того как мы с Робом все сделали, бойцы сопровождения перестали на нас смотреть с недоверием.

Роб смочил вискарем нож и смыл кровь, после чего спрятал его обратно.

После нескольких глотков вискаря в голову ударил алкоголь. Я сразу почувствовал легкость, и напряжение, что было еще пару минут назад, как рукой сняло.

Дима-грек еще раз посмотрел под отвесный берег, чтоб убедиться, что трупы не всплыли, после чего вновь скомандовал отправляться, как на дороге показался одинокий всадник, присмотревшись, я узнал Билли.

Вернувшись к Мэри, я увидел на ее лице целую гамму чувств, она даже попятилась назад при моем приближении, но, совладав с собой, обняла меня и тихонько прошептала:

— Вы гангстеры?

Я чуть не ляпнул фразу, которая первой всплыла у меня в голове из одного культового фильма. Очень уж она была не подходящая ни к моменту, ни ко времени, да и не поняла бы она меня.

— Это всего лишь бизнес, — серьезно произнес я.

Я помог ей залезть на лошадь, а после сам вскочил на скакуна. На этот раз она более уверенно залезла, и мы отправились в дорогу.

Спустя некоторое время, когда действие алкоголя ослабло, я посмотрел на Диму и заговорил:

— А для чего нужно было это делать, не проще было…

— Не проще, — перебил меня Дима-грек. — В большинстве случаев трупы находят, потому что они вплывают из-за раздутого живота. А так о них позаботятся местные рыбешки и раки, они ведь тоже хотят кушать.

— А ты хорошо знаком с местной фауной, — произнес я, с иронией глядя на Диму.

Тот в ответ лишь ухмыльнулся с каким-то загадочным прищуром.

Этого взгляда мне хватило, чтобы понять, что не один труп он скормил местной фауне в этом озере.

Ехали мы медленно, поскольку дорога была неровная и при каждой кочке, на которую наскакивала та или иная повозка, слышался звон бутылок с дорогостоящим напитком.

Спустя какое-то время Мэри пришла в себя и даже немного освоилась. Начала оглядываться по сторонам, нежно прижимаясь ко мне.

— Почему ты так ненавидишь итальянцев? — спросил я Диму-грека. Поскольку ехать в тишине было утомительно, а ворковать с Мэри не самое подходящее время и место.

— Есть за что, — мгновенно оскалился Дима, а глаза его остекленели.

— Хм, — буркнул я себе под нос. — Ненависть не может возникнуть на пустом месте. Я вот ненавижу коренных, поскольку эти ублюдки убили мою мать, едва мы только сошли с корабля, на котором приплыли в Америку. Возможно, среди коренных есть и хорошие люди, но…