Его высочество предложил мне руку, я положила на рукав рубашки ладошку – тоненькую, бледненькую, почти слившуюся по цвету с белизной ткани, и мы чинно двинулись… но не к замку, как я ожидала, а вокруг него.

– Я подумал, что вы пожелаете подышать свежим воздухом, – пояснил принц, заметив мое недоумение. И добавил: – Не знал, правда, что вы им уже дышите с тетушкой.

Тут мы завернули за угол, и я увидела просторную террасу, огороженную символическим прерывистым парапетом. Думаю, обычно сюда выходят проветриться натанцевавшиеся парочки во время бала: за занавесками просматривался роскошный зал с позолотой и величественными колоннами. Но сейчас на полукруглой площадке, мощеной молочно-белым мрамором, был накрыт единственный стол.

Заметив всего два подготовленных стула, тетушка поотстала.

– Прошу меня простить, ваше высочество. Мне вот как раз нездоровится, – заявила она насквозь фальшивым, жизнерадостным тоном. Актриса из нее никудышная. – Вы позволите вас покинуть? Пожалуй, я предпочту поужинать у себя в комнатах.

– Разумеется, как считаете должным, – с явным облегчением отозвался принц. – Если необходим лекарь… хотя, вы же сами целительница. В любом случае, обязательно обратитесь к мейстеру Невгейру, он отличный специалист!

– При случае не премину, – кивнула родственница, присела в реверансе и была такова.

Оставила меня наедине, если можно так выразиться, учитывая толпу вокруг.

Хотя…

Служанки мои предпочли последовать за тетушкой. Что-то мне подсказывало, что далеко они не ушли, караулят, но на глаза не показываются.

Стражники рассредоточились по территории и залу и тоже почти скрылись из виду.

Слуги убедились, что сервировка идеальна и испарились.

Если не приглядываться, можно было запросто представить, что мы с Элайджем вдвоем.

На свидании с мужем.

Романтика!

Я заулыбалась, сама того не замечая. Присела на отодвинутый его высочеством лично стул, оглядела выбор блюд.

Тут меня как током ударило.

– Скажите, а защита от нападений и ядов, она на террасу распространяется?

Его высочество, расправлявший небрежно брошенную на одно колено салфетку, замер и недоуменно на меня уставился.

Наверное, не лучшая тема для обсуждения за ужином, но и есть возможно отравленную пищу я не собиралась.

– Ты опасаешься за свою жизнь? – осторожно поинтересовался принц.

Теперь, когда все отошли на приличное расстояние, он снова перешел на ты.

Я дернула плечиком, поглаживая край скатерти.

– Сила привычки, скорее. Дело в том, что моя родственница, синна Алессия, меня недолюбливает, – выдала я подкорректированную правду.

Разведка у Сандара работала как надо, потому Элайдж лишь кивнул, побуждая меня продолжать.

– Живя в Хаконе, я постоянно боялась покушений. – Я подумала, не пустить ли сиротливую слезу, потом решила, что перебор. Вид у меня и без того убогий. Какая женщина захочет выглядеть перед привлекательным мужчиной недокормленным, забитым ребенком? Вот и я не хотела. – Привыкла проверять еду, постоянно ставить охранки на комнатах, сами понимаете… а здесь я еще не разобралась, как все устроено.

– У меня тоже на покоях охранки. Тебе не о чем переживать, – успокоил принц и провел рукой над ближайшим блюдом. – Опасности нет. Кстати…

Он снял с мизинца небольшое, довольно простенькое кольцо с крохотным алым камнем. Перегнулся через стол и надел его мне на палец рядом с обручальным.

Могу поклясться, что камень засветился!

– Ну вот! – удовлетворенно откинувшись на спинку стула, констатировал Элайдж. – Оно тебя признало, отлично. Теперь ты всегда можешь определить наличие яда. На все вредоносные вещества поблизости оно реагирует одинаково – теплеет. В зависимости от концентрации. Однажды я чуть ожог не получил!

– Расскажешь? – с интересом спросила я.

Как и любого мужчину, его высочество не нужно было просить дважды.

Он с энтузиазмом принялся расписывать свои приключения. Мне оставалось лишь кивать и вовремя охать, при этом не забывая аккуратно и изысканно сметать со стола все, до чего могу дотянуться.

Болтали мы до поздней ночи.

Загорелись первые звезды, прошел кругом по террасе лакей, поджигая по дороге несколько дюжин свечей в канделябрах.

Как ни странно, монолог принца продлился недолго.

Рассказав пару историй, он принялся расспрашивать меня. Я отделывалась общими фразами и старательно переводила беседу на его персону, после чего все повторялось заново.

Такое чувство, что ему провели инструктаж, как правильно говорить с женщиной!

В другой ситуации я бы радовалась и воспользовалась случаем пообщаться с нормальным человеком, но увы – о детстве я рассказать ничего не могла, о быте Хакона – тем более. Любое мое слово может быть проверено запросто, и если поймают на вранье… об этом лучше не задумываться.