Но мало было видеть всё это великолепие магическим зрением, к колодцу надо было ещё добраться.

Чем ниже мы спускались, тем большими количествами ловушек изобиловали коридоры.

Гибелью одной тени обнаружилась потайная яма в полу. На дне её, усеянным острыми кольями, лежало несколько костяков.

«Смотри, как эффективно, – не удержался и сообщил мне мысленно Таку. – Магии по минимуму, а какой результат!»

«Похоже на то, что Пегас пользовался наёмниками в своих попытках проникнуть сюда», – откликнулась я.

«Они пускали их вперёд себя, как мы – тени», – без особого энтузиазма сказал Таку.

Да уж, средств у тех, кто пытался сюда проникнуть, было побольше, чем у нас, раз они могли позволить себе прикрываться живыми людьми.

Ещё две тени были перерезаны пополам внезапно обрушившейся сверху пластиной с остро заточенным нижним краем. Одна попала на жидкую плиту, по виду неотличимую от других плит коридора, но мгновенно засосавшую добычу, как трясина.

Отряд теней редел.

Мы были уже в подземелье, когда открывшая очередную дверь тень вспыхнула, как скомканный клочок тонкой бумаги. За дверью ничего, кроме огня, не было.

«Практически пришли… – буркнул Таку. – Всё думал, когда они баловаться прекратят и настоящую защиту поставят. Вот оно, пожалуйста…»

«Отойди», – попросила я.

В Тавлее женщинам недоступна истинная магия, зато они умеют заговаривать зубы кому угодно, даже огню. Мы это искусство не афишируем, оно у нас про запас, на чёрный день.

«И уши заткни», – добавила я.

Пламя басовито гудело. Не угрожало, но предупреждало.

Я подошла, как могла, близко. Заговор пламени – вещь непредсказуемая. Огонь горд и обидчив. В прошлый раз, когда мне пришлось применять этот заговор, вместо того, чтобы утихнуть, пламя полыхнуло с удвоенной силой – еле успела отшатнуться, наполовину обгорели ресницы, хлопала потом коротенькими остатками, пока не отросли, бр-р-р-р… И пламя-то было маленькое, на вид совершенно неопасное…

Мягко-мягко, почти шепча, я начала заговор. Низала слова, словно жемчужины на ниточки, сплетала жемчужные нити в сеточки, накидывала их на пламя, запутывала огонь в словах, утихомиривала, уговаривала, гасила. Убаюкивала.

Потом протянула ладони, погрузила их в убаюканный огонь, аккуратно развела его в стороны, освобождая проход. Узкая получилась щёлка, но уж как вышло.

«Быстрее», – попросила я Таку.

Он скользнул в получившийся проход первым, три оставшиеся тени – за ним.

Но пламя словно очнулось – и третьей тени пройти не удалось, она утонула в огненном море, когда сошлись края внезапно проснувшегося огня.

И я осталась перед дверью.

«Ты где?» – встревожился Таку.

«Здесь я. Идите, не ждите. Придётся заново заговаривать».

Про то, что второй раз заговорить огонь о-очень сложно, я Таку не сказала. Он-то почти дошёл, теперь и без моей поддержки справится, ежели что.

«Хорошо, догоняй».

Догоню, может быть. А может, и нет. Я стояла у двери и ждала, пока пламя управится с моей несчастной тенью и загудит, как прежде. Здесь торопиться бесполезно.

Наконец решила попробовать.

Убрав всё в сторону, прогнав все ненужные мысли, снова начала подбирать слова, издалека, ещё мягче, ещё осторожнее, чем в первый раз. Непокорное пламя скидывало с себя словесные верёвочки, словно дикий жеребец узду. Я поднимала их, сматывала и снова набрасывала. Главное – не раздражаться и не обижаться. Находить новые слова, гасящие пламя.

Медленно, очень медленно, пламя дало уговорить себя второй раз. А может быть, только притворилось, что уговорило…

Снова я развела его руками. И замерла. Не сгорю ли я так же, как сгорели мои тени? Как проверить? А никак.

Скользнула правым плечом вперед, затаив дыхание. Постаралась сделаться плоской, как березовый листок. С двух сторон замерло холодное пламя. Только бы не задеть, даже волосом. Не разбудить. Толщина огненной защиты показалась мне неимоверной, больше ширины крепостной стены Сиррага. Вперёд, осторожно.

Наконец пламя кончилось, я выскользнула из огня. Пламя сонно вздохнуло и, нехотя, пробудилось. Загудело за спиной.

Это и был искомый подвал. Крепкие колонны подпирали полукруглые своды. По всему периметру подземного зала бушевало пламя, замкнув огненной петлёй магический колодец. А он был в центре, таком далёком от огня. И охранялся.

Я появилась, чтобы увидеть, как погибли две последние мои тени. Таку своим мечом в отместку отправил вслед за ними и охрану зала. И обернулся ко мне, призывно махнув клинком, приглашая подойти.

И потому не заметил, как вокруг колодца появилась цепь закованных в броню воинов. В броню, где каждая чешуйка была покрыта немагическим золотом, которая блокировала любую магию. Армия бы не пробилась к тому, что они защищали.