– Это что получается, мне еще полдня терпеть несносных кобелей?

– Марианна, рот…

– Тихо-тихо-тихо, - перебил я Тима, чтобы он не перегнул палку.

Я понимал, что между ребятами что-то произошло, но лезть в это не собирался. Если бы видел, что сестра плачет из-за него, тогда другое дело. А здесь что-то не то, и им предстоит в этом разобраться самим. А то, что Шах был грубым и жестким, я знал давно, потому и не хотел, чтобы он применял его на Марианне.

– Ты можешь не присутствовать на празднике, чтобы не встречаться с бабником.

– Спасибо за подсказку.

– Хватит ругаться, давайте лучше вернемся на виллу, - предложила Виктория Николаевна и увлекла в свою компанию Марианну.

– Ты знаешь, любимый, мне кажется, наша свадьба запомнится перепалкой этой страстной парочки, - прошептала Юлька так, чтобы никто не слышал.

– Страстной? Что ты хочешь сказать?

– Ну, ты же взрослый мальчик и все понимаешь.

– Ты про их чувства? Ох, Юльк, не знаю, что там выйдет. Они же поубивают друг друга.

– Или залюбят. Тут одно из двух.

Я улыбнулся и, подхватив любимую на руки, понес на яхту.

Благо, по пути к вилле ребята больше не ругались. Они, в принципе, делали вид, что не знакомы, и так казалось проще. Единственное за что я волновался, так это чтобы Шах не сорвался на подначивание Мари и не устроил ей встряски. Он ведь словами может так присадить, что на всю жизнь человека забыть захочешь. Но как бы там ни было, я все же верил, что к моей сестре он относится более уважительно. А Марианна - та еще штучка, довести до белого каления тоже может легко. Возможно, именно этим они и притягивают друг друга?

Страшно представить, если однажды они станут парой.

Причалив к пирсу, мы сошли на сушу. Я продолжал обнимать свою любимую, Гриша о чем-то разговаривал с Викторией, а позади, но по отдельности шла наша истеричная парочка. Мы не оборачивались к ним, но слышали, что те снова о чем-то спорили. Кажется, это может длиться вечность.

– Знаешь, чего мне хочется? – уточнила Юлька, рассматривая появившиеся на небе тучи.

– Чего?

– Поплавать под дождем.

– Обязательно поплаваешь. И что-то мне подсказывает, что именно сегодня.

Мы все резко обернулись, услышав неожиданно раздавшийся громкий всплеск воды в бассейне.

Марианна довольная, потирая руки, прошла мимо нас и громко хмыкнула. По ее виду стало понятно, что она осуществила свое тайное желание.

К слову, так и было. В бассейне плыл злой, я бы даже сказал, разъяренный Шах.

Умыла что ли?

– Беги, Марианна, беги!

***

– Итак, дорогая, мы тебя внимательно слушаем, - произнесла мама, когда мы устроились на диванах на террасе.

Гриша принес нам три бокала охлажденного шампанского, закуски из морепродуктов и отдельно бутылку с алкоголем в ведерке со льдом. Сами мужчины расположились на шезлонгах за бассейном и попивали пиво с раками.

Марианна была несказанно рада этому решению, потому что меньше всего ей хотелось сейчас находиться рядом с Тимом. А я вот желала, наоборот, быть поближе к Захару, который то и дело бросал на меня многообещающие взгляды.

– Это вы о чем, теть Вик? – Мари отбросила длинные волосы назад и откинулась на спинку дивана.

– О твоих отношениях с Тимофеем.

Я улыбнулась, заметив реакцию подруги.

– У нас нет отношений. Давайте лучше выпьем за Юльку с Захаром.

– А давайте, - согласилась я, протянув бокал.

– Я так рада за вас, Юль. Вы любите друг друга, и это очень заметно, - произнесла она немного с грустью, и тут же обернулась к моей маме: - Я рада, теть Вик, что Захар встретил именно Юлю. Кажется, о лучшей девушке он и мечтать не мог.

Мама улыбнулась, а я засмущалась и стукнула бокалом об их бокалы.

С удовольствием отпила полусладкое шампанское, ощущая во рту мелкие пузырьки.

– Пусть будут счастливы дети. Это главное для меня.

– Мамуль, только не плач, прошу. К тому же ты помнишь, что Захар сказал? Мы будем жить все вместе.

– А почему вы плачете? – удивленно спросила Мари у мамы.

– Ой, да что говорить…

– Предлагаю баш на баш, - хмыкнула я, снова отпивая алкоголь.

– Да ладно, я и так вам расскажу. Так чего плачете? – не унималась Марианна, в это время взяв раковину с устрицей.