Пришлось выкручиваться и поднимать все свои связи. Довелось даже сходить на поклон к капитану Прассу. Тот, к моему удивлению, ломаться особо не стал, и довольно быстро согласился продать мне часть запасов стражи. Но цену заломил такую, что будь неподалеку Яльри, ей бы точно понадобилась медицинская помощь.

Капитан, правда, намекал, что цена может быть ниже, если мы с моими ребятами пойдем на некоторые политические уступки. Я эти намеки проигнорировал и заплатил изначально названную стоимость. Еще чего не хватало, подстраиваться под амбиции попутавшего берега служаки. Слишком уж важное место занимал Вохштерн в моих планах.

Как бы там ни было, но мне удалось закупить достаточное количество пищи для начала похода. И вскоре мы вдвоем с Чезом выдвинулись в Киффер. На полпути к замку нам встретился разъезд, состоящий из пяти бойцов. Их я совершенно точно не видел ни в крепости, ни в поселке под ней. Зато, они меня узнали. Остановили коней и, спрыгнув с них, бухнулись на колени.

Столь бурное выражение верноподданнических чувств меня не удивило — все же я находился в средневековом мире, где подобное было нормой. К тому же, в Фарсе большинство дружинников набирались из сервов. А тем с самого детства прививалось почитание хозяина. Удивило меня другое — то, как быстро меня стали узнавать в лицо. Сколько там времени прошло с захвата Киффера? Четыре дня? И ты гляди, совершенно незнакомые мне личности уже почести отдают.

Как выяснилось, все было до безобразия просто. Я не учел мощи такой штуки, как «сарафанное радио». Стоило мне только объявить себя настоящим бароном фон Киффер, как по баронству тут же начали распространяться слухи, передаваемые из уст в уста. Кум пришел к свату, а тот рассказал брату, и вот, спустя несколько дней, все жители Киффера знают не только о том, что у них сменилась власть, но и как эта самая власть выглядит.

Само по себе это было не так уж и страшно. Ну, знают и знают, чего уж тут? Только, раз уж так легко разнеслись вести о взятии мною баронской твердыни, то не может ли такое случиться и с вестями о том, что я планирую поход на Мормах? Скорее всего — может. А раз так, то много ли я потеряю, если пойду в обход? Да и вообще, имеет ли смысл скрывать свои планы от барона Ульриха? Над этим нужно хорошенько поразмышлять, да и посоветоваться с Гральфом лишним не будет.

Этот год стал тяжелым для Ульриха фон Мормаха. Сначала, какие-то сволочи убили его друга и одного из самых верных соратников, барона Эверта фон Киффера. Затем, бесследно исчезли уже его сыновья. Единственное, что удалось узнать самому сильному из фарских владетелей, что у них случился конфликт с каким-то молодым аристократом. Но ни найти этого аристократа, ни хотя бы выяснить его фамилию, Ульриху не удалось.

А жаль, сыновья могли бы стать хорошим подспорьем на его пути к королевскому трону. Им можно было отдать те баронства, что были против объединения Фарсы. Ульрих был уверен, что никто бы не посмел оспорить их право носить баронскую цепь. Как не оспорили его протеже в Киффере.

Вспомнив о Яльвеке, барон только скрипнул зубами. Это же надо, какой-то выскочка объявил себя настоящим Оромом. И ладно бы просто объявил, так нет, он сумел захватить замок. Замок, охраняемый почти четырьмя десятками дружинников, в том числе носивших его цвета. Причем, захватил при помощи полутора десятков воинов. Немыслимо.

Как такое могло случиться его милость не знал. Думал, даже, что все это досужие вымыслы. Но нет, информация подтвердилась из разных источников. Действительно, отряд самозванца не насчитывал и двух десятков бойцов. Среди которых были три невероятно сильных, полностью затянутых в металл. Вроде как, именно благодаря им и удалось захватить замок.

А в эту информацию барон Мормах уже не верил, хотя ее подтверждали все те же источники. Не верил потому, что подобного просто не могло быть. Ну, в самом деле, какие еще непобедимые силачи в доспехах?

Как бы там ни было, но Киффер стал проблемой. Не столько потому, что из лояльного баронства превратился Хаос знает во что. Нет, страшнее всего была та оплеуха, что зарядил Ульриху фон Мормаху этот малолетний выскочка. О показательной казни носящих зелено-синие цвета воинов, его воинов, скоро станет известно всем в Диком краю. И о том, что казнили их как обычно казнят разбойников, тоже. Узнают, и начнут задавать вопросы.

Слабаков в Фарсе не уважали. Особенно, слабаков с большими амбициями. Если Ульрих фон Мормах не сумеет достойно ответить на столь явное (мальчишка не мог не знать кому служат казненные им воины) и обидное унижение, то не бывать ему королем фарсов. Даже лояльные бароны не станут поддерживать неудачника.

Только вот была проблема. Просто так взять и напасть на земли Киффера он не мог. Точнее, мог, но тогда это было чревато графским или королевским судом. Чего ему, без недели бунтовщику, очень не хотелось. К тому же, зимой никто не воюет. Это затратно, опасно, да и просто неудобно. И это далеко не все причины не начинать сейчас активную войну против выскочки. Тогда что же делать?

Именно над этим вопросом и раздумывал Ульрих фон Мормах, когда к нему в кабинет без стука вошел его закадычный приятель и верный соратник, барон фон Раст.

— Отто? — Искренне удивился хозяин замка. — Какими судьбами?

В визите барона не было ничего сверхординарного, подвижный и непоседливый Отто частенько навещал своего старшего товарища. Только все это было раньше, до всей этой суматохи с подготовкой к большой войне. Поэтому, удивление Ульриха фон Мормаха было вполне оправданным — его приятель должен был в данный момент заниматься совсем другими делами.