– Джерар, – граф тяжело вздохнул, – напомню тебе, что у нас в гостях дама. Веди себя прилично. И прошу, приведи себя наконец в порядок.

– Но я всего лишь ублажаю взор прелестной госпожи Сильва. Ведь она так и пожирает меня глазами. – Джерар подмигнул мне, распахнув края рубашки в последней демонстрации тела, и принялся застегивать пуговицы. Неловкое движение, пустая склянка выскользнула из его рук и покрыла пол зелеными осколками. – Ах, вот же черт его возьми! Намусорили мы с вами знатно, госпожа Сильва. Прибраться бы. Где же Вальтера носит? Обычно старикашка приносит сюда свои трухлявые кости, едва Мастер выйдет из своих покоев.

– Даже трухлявые кости необходимо выносить с достоинством.

Джерар подпрыгнул от неожиданности и оглянулся на человека, который появился за его спиной, словно призрак. Судя по всему, тени особняка подыгрывали не только графу.

– Вальтер! – В голосе Джерара проскользнула фальцетная нотка. – Ты меня напугал!

– И, как ни странно, это принесло мне несказанное удовольствие.

Говоривший обошел юношу и сдержанно поклонился графу. Тот ответил на приветствие таким же сдержанным кивком.

Аккуратно подстриженные усы и короткая поросль бороды мужчины имели оттенок девственно чистого снега. Длинные седые волосы были собраны в хвост. Глубоко посаженные глаза на узком лице блестели, как жемчужины в открытой раковине под лазурью ледяной воды. По коже бледных щек и лба проходила запутанная сеть морщин, но использовать в отношении этого человека определение «дряхлый» у меня бы просто не повернулся язык. Его осанке и походке мог бы позавидовать любой надменный юнец, а манера поворачивать к собеседнику голову, но при этом удерживать взгляд на чем-то ином, тем самым открыто и без всяких слов выказывая свое пренебрежение, непроизвольно вызвало у меня симпатию к нему. Хотя бы потому, что прямо сейчас Вальтер свое пренебрежение выказывал именно Джерару.

В одеянии же Вальтера прослеживалась некая уютная отстраненность. Поверх белой рубашки с широкими рукавами, оканчивающимися кружевными вставками на запястьях, был надет угольно-черный жилет под цвет брюк. За ворот жилета крепились очки с тонкой оправой. Одно стекло было цвета чистых прибрежных вод, который плавно переходил в насыщенный голубой оттенок у самой оправы. Второе стекло напрочь отсутствовало. В брюки вместо ремня была вдета тонкая серебристая цепь, на всем протяжении которой висели ключи самых разных размеров.

– Вальтер, что-то случилось?

По всей видимости, Вальтеру действительно не были свойственны задержки, раз даже граф проявил едва видимые признаки беспокойства.

– В покоях Джерара я обнаружил спящую девушку. По моим сведениям, эта особа является помощницей торговца сырами с центрального городского рынка. Сегодня утром она доставила в особняк заказанные накануне сыры. А затем оказалась в постели вашего помощника.

– Эй-эй, Вальтер. – Джерар панибратски похлопал мужчину по плечу. – Не мог бы ты добавить в рассказ больше эмоций, а то как будто про похождения разорителей могил по заброшенным кладбищам рассказываешь. Там могила, тут могила, а здесь… о труп!

– Джерар, – голос графа стал тише. – Тебе известны правила. Никаких посторонних в особняке быть не должно.

– Знаю, Мастер. – Юноша, не таясь, облизнулся, прожигая меня взглядом. – Но мой зов плоти столь велик.

– Так обуздай его, Джерар.

– Больше не повторится.

– Полагаюсь на твою честность. Вальтер, разбуди девушку и выведи ее через коридор прислуги.

– Уже исполнено, Мастер.

– Ох-ох-хох, – закряхтел Джерар и усмехнулся. – Какой исполнительный. Хоро-о-о-о-оший старикашка. Умница, господский песик. Тяв-тяв. Хочешь погрызть косточку?

– Не раньше, чем ты сумеешь удержать брюки застегнутыми в течение хотя бы одного часа, – сухо отозвался Вальтер, даже не посмотрев на наглеца.

– Придется прибегнуть к посторонней помощи. – Джерар огладил себя по бокам. – Мое сокровище, знаешь ли, так и рвется наружу, требуя ласки и внимания. Брюки – не слишком крепкое препятствие.

– Господа! – Граф Бланчефлеер скорбно покачал головой. – Буду премного благодарен, если вы воздержитесь от вульгарных замечаний в присутствии госпожи Сильва.

– Всенепременно, Мастер. – Вальтер послушно кивнул.

Джерар же, каверзно улыбаясь, помахал мне, и, когда я, недоуменно хмурясь, повернулась к нему, буквально прилип к боку Вальтера.

– Кстати, Сильва, – Джерар ткнул мужчину пальцем в грудь, – это наш дворецкий.

– Домоправитель, – поправил Вальтер.

– Один черт.

– Отнюдь. Не говоря уже о том, что звучит лучше.

«Мне все равно, – раздраженно подумала я, косясь на графа. – Это что, посиделки за чашкой чая? Что за атмосфера? Чувство, словно мне усыпляют бдительность».