Настроение конечно сильно портила картина повсеместной засухи и увиденный однажды результат сильного градобития.

Огромное поле было градом просто перепахано, на нем не осталось ничего живого, жутко стало от такой картины. Град я естественно видел много раз и приходилось наблюдать как эти небесные ледяные глыбки хорошо рихтуют автомобили, но чтобы как плугом перепахать поле…

Такого я не видел ни разу и надеюсь больше не увижу.

Похоже что Россию ждет тяжелый год, любой неурожай всегда вызывает голод и бедствия. Мало этого, по дороге до нас дошли слухи об ужасном пожаре в Туле, где сгорел чуть ли не весь деревянный город.

В Новоселово нас уже ждал готовый к великим свершениям Ян Карлович, он успешно передал дела Серафиму и мы, не задерживаясь, отправились дальше. Уже надо спешить, на носу август и и надо начинать конкретную подготовку к походу.

Мои помощники конечно молодцы, еще ни разу не было проколов и ляпов, так мелкие незначительные недочеты.

Но предстоящее дело слишком грандиозное и надо самому держать руку на пульсе. Тем более уже существенное изменение ситуации, идет две сотни казаков налегке без семей.

Не задерживаясь в Пулково, мы втроем поехали в Усть-Лугу. И приехали туда во-время, начали подходить три сотни донских казаков и они все были с семьями.

Со дня на день должны начать приезжать семьи староверов. На этот раз с нами на Камчатку идет Иван Кузьмич Кольцов. Он знает, что будущий Магадан будет очередным русским Эльдорадо и компаньонов отбирает очень тщательно. Надо быть уверенным, что люди, которые пойдут с ним, устоят от соблазнов золотого тельца.

Еще более сложная задача предстоит в Калифорнии. Оттуда пока еще выбраться не так-то просто, но условия с Колымой не сравнишь.

В Усть-Луге мы были третьего августа, а на следующий день пришли пароходы из Италии и их было не четыре, а целых пять. И еще и ледокол. Как Антонио набрал экипажи чтобы прийти в Россию, для меня осталось загадкой.

Княжеские апартаменты оказались занятыми, внизу расположилась Вероника со своим мальчиком. Я естественно не возражал, понятно что она не хочет терять ни минуты общения с мужем. То, что Николай тут же пойдет обратно было понятно всем.

Николай со своими пароходами вернулся пятого августа.

К сожалению с гребным винтом не все так просто. Больше восьми узлов пароход не выдает и то это при благоприятном стечении обстоятельств. Решить проблему простым увеличить мощность силовой установки не удалось, зубчатая передача, применяемая в паровых машинах создавала, сильный шум, а тут он сразу резко усиливался.

Также непонятно еще какая конструкция винта оптимальная, поэтому мы с крестным сразу же решили, что винтовой пароход останется в Атлантике. А вот ледокол с гребным винтом показал себя неплохо. Он стабильно выдавал семь узлов и мог поднапрячься и выдать чуть не девять, но шум паровой машины был ужасный.

Итого у нас получалось двенадцать пароходов и два ледокола.

Ледокол «Челюскин’останется на Балтике, все таки попробуем организовать продление навигации. 'Геркулес», «Американец», «Херсонес» и винтовой «Витус Беринг» останутся на атлантических рейсах, они будут ходить на Пинос и в Техас.

В Тихий океан пойдут «Дежнев», «Ермак» и новые пароходы «Орел», «Ласточка», «Хабаров», «Харитон Лаптев», «Дмитрий Лаптев», и винтовой ледокол «Алексей Чириков».

Кругосветку очень хочет совершить Николай, но мы с ним реально смотрим на вещи и понимаем, что это делать не надо.

Во-первых, категорически против Вероника. А во-вторых, это ему просто пока не по силам. Одно дело переход через Атлантику, пусть даже месяц, но более менее комфортные природные условия и можно проскочить мимо штормов.

А там в любом случае кошмарные шторма, зимний океан, да и переходы далеко не месяц. Никакой сильный дух не поможет если нет банально физического здоровья.

Вон крестный с Артемовым ходят чернее тучи. Никак не получится набрать надежные с их точки зрения экипажи. Гарантированно окажутся слабые звенья.

Наш самый главный корабельный инженер вообще стал как щепка, у него с кадрами вообще труба. Такого количества механиков и мотористов, необходимого нам, просто еще нет в природе.

Капитан Леонов перейдет на пароход «Хабаров». На капитанском мостике «Херсонеса» на ступень выше поднимется старший офицер Олег Иванович Митин. Он тоже из бывших военных балтийских моряков, сослуживец Николая Андреевича и Павла Александровича.

Из этой же когорты и капитан «Дмитрия Лаптева», Михаил Андреевич Лопухин. Он из балтийцев самый опытный и самый старший. В отставку вышел выслужив двадцать лет в чине капитана второго ранга.