— Если я пойду туда и достану тебе твоего Стана живым, ты будешь счастлива? — резко спрашивает Томaс.

Что?

— Ответь мне. Если я приведу его тебе живым, ты будешь счастлива? У тебя будет смысл жить? Ты вернёшь своё обличие? — Томaс наступает на меня, а мне приходится отойти назад.

— Там их много…

— Ответь на мой чёртов вопрос. Он нужен тебе или нет? Ты будешь счастлива с ним? — рычит Томaс.

Прижимаюсь спиной к стволу дерева и сглатываю.

— Я не буду счастлива, если тебя убьют. Я…

— Ответь на мой грёбаный вопрос, Флорина, и не морочь мне голову. Ты уже с этим прекрасно справилась. Ты убедила меня в том, что мы пара. Что я твой, а теперь оказывается, что Стан твой. Так я спрашиваю, ты будешь счастлива, если я приведу тебе его живым? — шипит он.

Его лицо так близко. Глаза горят яростью и обидой. Его губы в сантиметре от моих. Моё тело потряхивает из-за напряжения. Потерять одного, чтобы спасти другого. Я никогда не смогу сделать выбор. Никогда.

— Я не буду торговаться с тобой, Томaс. Это нечестно. Ты не можешь так поступать со мной.

— Это цена, которую я требую взамен. Ответь на мой вопрос. Если да, то я отнесу тебя туда и выведу оттуда Стана. Если нет, то я заберу тебя с собой, и если будет нужно, прикую к кровати, запру, посажу в темницу, пока ты не примешь меня.

— Но зачем? Зачем я тебе?

— Я задаю вопросы. Ответь на мой вопрос, Флорина. Да или нет? Ты будешь счастлива, если я выполню свою часть сделки?

Это жестоко. Очень жестоко.

— Да, — выдыхаю я.

Глаза Томaса угасают, словно он моментально умер внутри. И это ужасно видеть. Ужасно, но он дал очень жестокий выбор мне.

— Томaс, — тянусь ладонью к его лицу, но он дёргается назад.

— Ты, и правда, сделала выбор. Я сделал свой, — мрачно произносит он.

Я жду, что он скажет что-то ещё и позволит мне понять мотивы его поступков, ведь всё это разнится с его словами. Но Томaс рывком обхватывает меня за талию и прыгает на дерево. Я взвизгиваю, обхватывая его шею. Мне не страшно, я лишь смотрю на него. Такого сурового, одинокого и разбитого. Да что с ним не так? Откуда у него такие невероятные страхи быть с кем-то рядом? Вероятно, оттуда же, откуда и мои. Из прошлого. Из хренового прошлого.

Томaс останавливается и грубо отталкивает меня от себя. Я оборачиваюсь и вижу замок, внутри которого горит свет, и так тихо. Не слышно никакого шума. Ничего. Даже выстрелов не слышно. Может быть, Стану удалось убить их? Нет, я даже сама в это не верю.

— Они проиграли, — печально шепчу я.

— Я чувствую вонь шерсти, грязи и блох. Фу, это мерзость. Слышу предупреждающее рычание и разговоры. Но слишком слабо, чтобы понять то, о чём говорят. Мы далеко от них. Кровь. Много крови, — сухо перечисляет Томaс.

— Мы можем войти через туннель, как и вышли. Стан точно закрыл его. Таким образом…

— Нет. Там оборотни, — Томaс показывает взглядом вдаль, но я ничего не вижу.

— Они охраняют проход? — ужасаюсь я.

— Да. И не один. Я чувствую их. Они стоят по периметру.

— Но откуда они узнали о туннелях?

— Они могли поймать Стана именно там, или когда он вернулся в замок. Вариантов много, те же предатели. Ничего. Значит, Стан где-то там. Я не чувствую его крови среди мёртвых.

— Мёртвых? Ты их видишь? Их много?

— Я не вижу их. Я чувствую трупы. Довольно много трупов. Это свалка трупов. Там его нет.

— А Ромa? Ромa там?

Томaс втягивает носом воздух и отрицательно качает головой.

— Слава богу. Они ещё живы и оба там. Они в заложниках. Ничего, я смогу их вытащить.

— Нет, — Томaс хватает меня за руку и дёргает назад. — Мы договорились.

— Мы не договаривались. Ты решил за меня. Я пойду с тобой, Томaс. А лучше тебе, вообще, уйти. Это не твоя война.

— Да я лучше сдохну там, чем буду знать, что никогда не смогу быть на первом месте, — фыркает он.

— Это безумие. Томaс, послушай. Я понимаю, что всё слишком запуталось. Но ты для меня особенный. Ты, правда, особенный.

— Я ненавижу ложь.

— Я не лгу. Томaс, прошу тебя, — обхватываю его лицо ладонями, но он дёргает головой. Мне приходится вцепиться в его волосы. — Послушай меня. Я не буду менять твою жизнь на жизнь Стана. Я или спасу вас обоих, или лучше погибну, только бы не делать выбор. Я никогда его не сделаю, потому что ты и он… Ромa… это всё, что у меня есть в этом мире. Всё. Я не стану рисковать твоей жизнью. Никогда. Она такая же ценная, как и другого любого живого существа, но для меня особенно ценна, Томaс. Так нельзя. Или всё, или ничего. Нельзя. Мы живые существа, там тоже живые, и я за разумный диалог, а не кровопролитие. Я не знаю, чего они хотят. Их послание довольно запутанное, ведь они могли просто убить меня и всех уничтожить. Но они держат Стана в заложниках, у них Сав и Ромa. Они не убили их, чтобы заманить меня в замок. Не тебя. Это не твоя война, ты уже достаточно пережил жестокости, Томaс. Я не могу… не могу позволить, чтобы ты окончательно потерял веру. Она помогла тебе, так иди к ней. Будь с ней.