Но сама я вспомнила как сегодня Ванесса, обидевшись на мой язвительный ответ, кинула в меня ведро. Вот только я отскочила в сторону, а не вовремя вошедший декан не успел. Хорошо хоть наказал нас обоих, а не так как иногда делали преподаватели: отпускали Ванессу исключительно из-за того, что она чуть что - сразу в слезы.

И выходит, что виною всем моим проблемам, кроме острого языка, привычка не плакать, а все невзгоды преодолевать с улыбкой. Тоже, наверное, от папы досталась. Он и маму всегда смешил, когда на пути попадались неудачи, и мне не разрешал вешать нос и опускать руки.

Потому после смерти родителей я не стала плыть по течению, а решила бороться за свое будущее.

– Крис, прикрой меня, я скоро вернусь, - попросила, застегивая на себе выбранный балахон. Соседка недоуменно оторвалась от газеты:

– Как ты себе это представляешь?

– Попробуй чревовещание, - подсказала я.
– Или прикинься бешеной и кидайся на куратора. Только за шею не кусай, а то могут за ведьму принять. Лучше за ноги. И вой погромче, я услышу и прибегу.

Полюбовавшись на вытянувшееся лицо девушки, я вздохнула:

– Крис, ну что ты как маленькая? Скажешь, что живот у меня прихватило, и я в туалет побежала.

– Аааа, ну ладно, - Крис еще раз недоверчиво осмотрела меня и вновь откинулась на подушку, переворачивая следующую страницу.
– Ого!
– воскликнула она, подхватываясь на ноги.
– Второе убийство девушки даркти. Ой, фу, ее же выпотрошили!

Я даже развернулась и подошла к студентке, заглядывая через плечо. Дешевая газетенка раскошелилась на фотографа и теперь над статьей красовалось пересвеченное изображение полуголой девушки со вскрытой грудной клеткой.

– Из столицы вызывают самого первого инстигатора, - прочитала Крис.
– Ох, как будет жаль если его убьют. Он такой красавчик!

– Почему убьют?
– не уловила я связи между двумя этими событиями, бегло пробегая глазами по тексту статьи. Инстигатор вроде не молодая девица, а убийца, судя по всему, именно на них специализируется.

Крис томно вздохнула и произнесла с видом переигрывающей актрисы:

– Как почему? Он ведь поедет расследовать преступление. Как главному герою ему предстоит схлестнуться с главным злодеем, то есть убийцей. В деле Алазар проявит себя лучшим образом, а в неравной схватке будет ранен и, возможно, погибнет.

– Тебе стоит читать меньше детективных романов, - ошалело уставилась я на девушку. Она лишь пожала плечами, ничуть не обидевшись. Взяла газету и вновь плюхнулась на кровать.

– Ладно, я побежала, - спохватилась я и выскочила, наконец, в коридор.

4

Эстель

Мелькнувшее в оконном проеме платье, показалось жутко знакомым. Сначала я обрадовалась, что Ванесса, наконец-то, сама выбросилась из окна, но затем спохватилась, что мы на первом этаже и с такой высоты можно максимум коленки разодрать, и то если плашмя приземлиться.

Ну и куда это наша куколка побежала? Неужели решила избежать наказания? Нам ведь обеим предстояло все выходные провести в своих комнатах и зубрить учебники по истории.

Подхватив подол, я побежала к окну из которого пару минут назад вылетела на волю птичка Ванесса. Остановившись вгляделась вперед. Поначалу ничего не заметила и уже хотела отправиться по своим делам, когда все-таки удивительная картина явилась моим очам. К академии подъехал экипаж, а из него вышел… глазам своим не верю! Алазар Хеланд - первый инстигатор - главный королевский обвинитель и завидный холостяк. Крис была права, он красавчик, и действительно подходит на главную роль романа, причем как детективного, так и любовного. Серые, как у всех лакети, волосы, ярко-синие глаза, и шикарная фигура, подчеркнутая дорогим костюмом. Я сама едва не выпала из окна, когда Ванесса внезапно бросилась на шею лорду инстигатору. Первой мыслью было, что она решила отгрызть кусочек его идеального лица, но затем я поняла, что эти двое хорошо знакомы.

Судя по виду лакети, Ванесса жаловалась ему и готова была вот-вот расплакаться. Хм, не обо мне ли сейчас идет речь? А затем я стала свидетелем поцелуя. Совсем нецеломудренного. Неужели они любовники? Вот какая непростая куколка у нас…

Заставила себя развернуться, и бегом бросилась в библиотеку. Не хватало мне еще за любовниками из кустов подглядывать. Делать мне больше нечего. Точнее как раз есть чего - спешить за учебниками! Мне нужно было очень хорошо учиться, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что я попала в Розенштант нечестным путем.

Понимаю, звучит это ужасно: применить свои способности, которые находятся буквально вне закона для того, чтобы подделать документы и поступить в академию на льготное место, но… у меня не было другого выхода! Точнее, он был, но я не хотела идти ни в дом терпимости, ни в монастырь, ни замуж, за того противного лорда, которого нашла моя тетя.

До пятнадцати лет я жила счастливой жизнью. У меня были любящие родители, которые открыли в городе Кроуне, где мы жили, две лавки с готовой одеждой. Мама жила этими магазинчиками, это были еще одни ее дети, которых она обожала. Отец во всем ей помогал и поддерживал.