— Я правильно понял, что мисс Шевени-Гор — приемная, а не родная их дочь?

— Да.

— Очень красивая молодая леди.

— Чертовски привлекательная девица. Свела с ума почти всех молодых людей в округе. Сначала завлекает их, а потом дает отставку и смеется над ними. Прекрасная наездница, и руки золотые.

— Думаю, это к делу не относится.

— Да, наверное… Теперь насчет остальных. Я конечно же знаю Бьюри. Он почти все время здесь. Привык к этому дому, как привыкают кошки. Этакий адъютант при леди Шевени-Гор. Старый друг семьи. Они очень давно знакомы. По-моему, у них с покойным были общие дела в какой-то компании, которую он, Бьюри, возглавлял.

— А что вы скажете об Освальде Форбсе?

— Вроде бы я как-то его видел.

— Мисс Лингард?

— Впервые о ней слышу.

— А мисс Сьюзен Кардузлд?

— Довольно симпатичная рыжеволосая девица? Последнее время я часто видел ее вместе с Руфью.

— Мистер Берроуз?

— Да, этого я знаю. Секретарь Шевени-Гора. Между нами говоря, он мне не очень нравится. Хорош собой и знает это. Но чего-то ему явно недостает.

— А давно он у сэра Жерваза?

— Кажется, года два.

— Я никого не упустил, как вы ду…

Пуаро замолчал, поскольку в комнату стремительно вошел высокий белокурый мужчина, одетый просто в костюм, а не в смокинг. Он запыхался и явно был встревожен.

— Добрый вечер, майор Риддл. Болтают, будто сэр Жерваз застрелился, я, как услышал, сразу сюда. Снелл говорит, что так и есть. Невероятно! Не могу поверить!

— Это правда, Лэйк. Позвольте вас представить. Это капитан Лэйк, управляющий поместьем сэра Жерваза. О мосье Эркюле Пуаро вы, должно быть, наслышаны.

Лицо Лэйка выразило нечто похожее на восторг, смешанный с недоверием.

— Мосье Эркюль Пуаро? Бесконечно рад познакомиться с вами. По крайней мере… — Он замолчал, улыбка исчезла с его лица, уступив место тревоге и подавленности. — Сэр, в этом самоубийстве.., ведь в нем нет чего-нибудь.., этакого?

— А почему в нем должно быть что-то, как вы говорите «этакое»? — резко спросил начальник полиции.

— Ну, просто раз здесь мосье Эркюль Пуаро… Ну, и вообще, потому, что все это так нелепо.., нелепо и невероятно!

— Нет-нет, — быстро проговорил Пуаро. — Я здесь не по поводу происшедшего. Когда это случилось, я уже был в доме — в качестве гостя.

— А-а, понятно. Странно, что он ничего не сказал мне о вашем приезде, когда мы с ним сегодня днем просматривали счета.

Пуаро тихо спросил:

— Вы дважды произнесли слово «невероятно», капитан Лэйк? Вас настолько поразило самоубийство сэра Жерваза?

— Разумеется. Он, конечно, был не совсем здоров… это ни для кого не секрет, и тем не менее не могу представить, чтобы он решился лишить человечество своей персоны.

— Да, — сказал Пуаро. — Вот то-то и оно.

И он с одобрением взглянул в честные и умные глаза молодого человека.

Майор Риддл прокашлялся.

— Капитан Лэйк, раз уж вы здесь, может, присядете и ответите на несколько вопросов?

— Конечно, сэр.

Лэйк уселся напротив Риддла и Пуаро.

— Когда вы в последний раз видели сэра Жерваза?

— Сегодня днем, около трех часов. Нужно было проверить кое-какие счета и решить вопрос об аренде одной фермы.

— Как долго вы у него пробыли?

— Примерно полчаса.

— Вспомните хорошенько, не было ли в его поведении чего-нибудь необычного.

Молодой человек задумался.

— Пожалуй, нет. Он, правда, был слегка возбужден, но не настолько, чтобы это можно было назвать необычным.

— Не был ли он вроде как чем-то угнетен или подавлен?

— Напротив, он был в прекрасном настроении. В последнее время он вплотную занялся историей своего рода и поэтому был очень собой доволен.

— И как давно он этим занимался?

— Примерно с полгода.

— Тогда тут и появилась мисс Лингард?

— Нет. Она приехала месяца два назад, когда он понял, что не в состоянии один проделать всю исследовательскую работу.

— Значит, по-вашему, он был собой доволен?

— О да! Весьма доволен! Он искренне считал, что в этом мире нет ничего важнее его родословной.

В голосе молодого человека послышалась горечь.

— Значит, по вашим сведениям, у сэра Жерваза не было никаких неприятностей?

— Нет, — ответил, чуть помедлив, Лэйк. Неожиданно в разговор вступил Пуаро:

— Как вы думаете, сэр Жерваз не беспокоился о своей дочери?

— О дочери?

— Именно так я и сказал.

— Насколько я знаю, нет, — сдавленным голосом ответил молодой человек.