Девочка-драконид вышла странной, возможно, по причине того, что её мать — дракон, а отец — орк. Свежевылупившаяся умела прятать рожки, зрачки в глазах были круглыми, но самое непривычное для меня, она ко мне липла и называла «папой».

Ещё страннее было, что Снежинка питала к ней родительские чувства. К остальным детям у неё были лишь тонкие ниточки эмоций, которые можно было бы назвать скорее дружескими чувствами, а вот рогатая девица была для неё почему-то особенной.

Хотя конфеты и моя кровь пробуждали куда больший всплеск любви. Но сахарная вата всё же уступала девочке-грелке.

Феофан с остальными мужчинами долго объясняли нам, что «Грелка» — неподходящее имя для драконида, но я и Снежинка не видели в этом проблемы.

Так же я не видел особой проблемы в этом Железном Ордене.

Они на меня даже не смотрели. Я скрывал ауру, но так же сейчас был покрыт белоснежным паром. На фоне промерзающей реки я определённо был плохо различим.

Колёсные танки, автобусы и грузовики в огромном количестве ползли по не самому ровному льду. Мелкие волны застыли, позволяя сейчас колёсам цепляться за себя и не проскальзывать.

На этой реке не было мостов уже много лет, так что для переправки транспорта требуется создать портал или заморозить воду. Земля здесь была как-то заколдована, противодействуя построению переправы, а тягать по воздуху такие тяжести проблематично.

Всё равно это как-то слишком демонстративно. Для заморозки использовался артефакт с колоссальной энергетикой.

Да, на телепортацию требуется много энергии, но можно было провести диверсию.

— Кажется, это просто провокация. Но не вижу смысла на неё не повестись, — проворчал я.

Нападать сразу я и не видел смысла. Вышла бы бойня на грани позора.

Снежинка создала щит, который скрывал её, он был куда сильнее того, который скрывал поместье. Ведь то было огромным, а сейчас ей требовалось прикрыть только себя и кондитера.

Мои воздушные ленты ползли по поверхности льда, но языка этих людей я не понимал.

Меня собственно это и не интересовало, я ждал обнаружения своего волшебства.

Непонятно. Вообще нулевая реакция. Среди противников не было никого выше второго ранга, но их экипировка включала в себя кучу дорогостоящих и мощных артефактов, среди которых выделялись рогатые шлемы для видения ауры.

Как только эти люди перебрались на наш берег, то практически все достали миниатюрные устройства, напоминающие планшеты, и стали смотреть в них, словно в зеркальце.

Ничего не понимаю.

Я сжал кулак, и ледяная переправа была уничтожена в один миг. Лёд оказался на удивление хрупким и под напором течения стал сплавляться вниз тысячами льдин.

К моему удивлению, люди Железного Ордена пришли в ужас и страх.

Они повскакивали в транспорт, и тот рванул на всей скорости в мои нити.

Появились первые жертвы, паника, затем они почему-то стали кидать в друг друга магию, после чего ещё началась и перестрелка.

Спустя двадцать минут практически без моего участия в живых из пары тысяч человек не осталось и третьей части.

Тем временем я отследил и понял, что местные жители всё же остались защищать свою землю.

Несколько человек с винтовками сидели на высотном здании, а чуть глубже в лес был отряд магов и простых жителей.

Люди остались ждать превосходящий отряд, пока в государстве не было правителя.

В Феодории сбежали бы все.

Интересно. На меня они недавно тоже шли даже со страхом и ужасом, пытались нанести урон.

Я сидел на траве возле замка, а вокруг меня носились дети. Полтора десятка.

Из-за использования алхимии для ускорения родов появились на свет они все примерно в одно время.

Тимофей — единственный человек из Карловичей. Мальчик выглядел на свой возраст в районе четырёх лет.

Полуэльфы (их матери относились ко всем трём видам) выглядели совсем мелкими, года на полтора-два, хотя были ровесниками человека. Им были даны разные сильные имена, но всех трёх мальчиков Снег называла по прозвищам: Кролик, Заяц и Тушканчик.

Полугномы казались старше из-за пропорций, но были совсем крохами по росту. Их оказалось несколько больше, чем я думал. Причиной тому были «бастарды», которых привезли в моё поместье несколько позже, я о них не знал, мне о них сообщили только недавно.

Потомки от зверолюдей в Карла были разными, но сейчас все выглядели на свой возраст около четырёх лет.

Две девочки от разных матерей-суккубов развивались по-разному.

Фаина была дочерью вампирши и созревала очень медленно. Внешне ей нельзя было дать больше года, хотя она умела говорить и умела шустро летать, создавая крылья на спине.