Я не отказался от сражения, но уже не стеснялся бить противников на уничтожение. Ядро у мумий находилось в животе, равно как у металлических марионеток.

Четвёртая засадная команда была из драконидов. Вернее их скелетов, покрытых чёрными слизнями, выступавшими в качестве мускулатуры и брони.

Не могу сказать, что получившийся монстр был силён, атаки были прямолинейны и быстры, но предсказуемы. Эти существа в тесных коридорах лабиринта мешали друг другу наносить удары, а некоторые их размашистые атаки блокировались низким потолком.

Скучно, недоработано. Будь противник в просторном зале, в котором меня встречали другие, могло выйти весело, а так это не дело. Я просто перебил их и двинулся дальше.

Пятая команда принадлежала призракам.

Скука. Я побродил, мне ничего не смогли сделать, так что я вышел.

Шестая комната была огромна, ауры печатей ловушки были видны, но ленты не смогли активировать засаду.

Когда же я вошёл лично, вокруг отодвинулись гранитные плиты и на меня пошли красные орки. Колоссальное количество.

От сражения я отказываться не стал, хотя печати достаточно разрушить.

Эти создания были стремительны, кровожадны и несколько безумны. Они бросались не только на меня, но и на тела погибших собратьев. Они стремились поглотить их ядра, чтобы стать сильнее.

Я этому не мешал. Большинство противников сами по себе были максимум на третьей стадии эволюции, но постепенно остался один, достигший седьмой.

С ним я сражался три часа, после чего он начал замедляться.

Скука.

Ну, хотя бы ядро стихии плоти в качестве бонуса.

— Ладно, осмотрю сокровищницу на предмет подарков Мечте и Снежинке, да и компенсация пока маловата, но пора уже выбираться, — пробормотал я.

Однако всё было обыденно, и как любят драконы: золото, драгоценные камни и артефакты с золотом и драгоценными камнями.

Редко можно было заметить серебро, платину и другие металлы.

Я забрал около половины, больше в кольца не помещалось.

Я покинул дворец. Мне пытались снова помешать металлические воины, но я просто засунул их головами в стены, а затем бросил в них векторные сферы, которые превратили их корпус в груду металла.

Затем достал мешок из кольца и засунул полученные артефакты в него.

Я вышел.

Вокруг фиолетового барьера оказались сотни шариков.

— Опять будут выносить последнее предупреждение? — проворчал я и вышел, втайне надеясь на ошибку.

Однако шарики просто исчезли, как только я покинул эту территорию.

Я взлетел. И только сейчас заметил приятно: в некотором отдалении территория оказалась окружена тысячами шатров, из которых сейчас выбегали люди.

По небу же ко мне на коврах-самолётах летели сотни магов.

Однако взгляд приковывали не они, а огромный летающий дворец из белого материала. На его вершине сидел мужчина, который казался весьма молодым.

Я открыл телефон и вбил туда «Император Неба».

Фотографий не нашлось, а вот картинки чем-то напоминали эту особу.

— Грабитель, ты посмел осквернить святыню! Мои жёны покарают тебя. Ты в курсе, кто они?! — раздался голос, усиленный магией. До глашатая ему было далеко.

— Ну да. Я убил их около месяца назад, — произнёс я.

— …

— Могу показать черепа и сферы.

— …

Я достал из кольца три увесистых ядра и бросил вниз кости, убирая куда более интересные вещи из мешка на их место.

— …

— Деритесь или умрите! — Заявил я, ожидая веселья.

— Кхм, переговоры? — всё же вымолвил Император Неба и испортил мне всё настроение.

— Вы капитулируете? — уточнил я.

— Ты убил трёх драконов. Вся моя армия не способна убить одного, — хмуро произнёс правитель. — Какие у тебя требования?

— Ну, мне надо подумать, — проворчал я. — Я на днях вернусь.

Да, надо бы отдохнуть и подумать.

— Вы подумали, страшный волшебник? — Спросил меня император Тяньго.

— Да думать нечего, захват власти, все дела, ты марионетка, а ещё лучше передай кому-то из потомков власть, а сам отдыхай, — проворчал я. — И да, мне нужны координаты всех сильных существ, о которых ты знаешь. Драконы, демоны, Края и любые аномалии. Сокровища не интересуют, компенсацию я получил. Однако оставшуюся часть золота и некоторые пункты бюджета надо отправить на образовательную реформу, о которых расскажет мой человек. Его зовут Виктор. Программа примерно на полвека.