Я не стал смущать его еще сильней. Рано или поздно итак узнаю, что там с его старшей сестрой. Спросил о другом.

— А твоя работа в порту?

Он в раздражении дернул плечом.

— Для меня стало опасно там появляться.

— Те парни из банды?

— Это не банда, — вяло возразил Ти-о-та, но кивнул.

— Так ты согласен работать на меня? — Еще раз уточнил я.

— Конечно.

— Хорошо. Твою плату обсудим позже. Суббота, воскресенье — выходной. И не спорь. А по будням, если у тебя школа, приходи после обеда.

Оставив его на маяке одного, я собрал вещи, проверил повязку, выпил отвар, как раз подошло время приема лекарства, и вышел на улицу. Полицейский участок находится далековато от маяка, ближе к району порта и придется пройтись. Лицо я прикрыл полями шляпы, натянув ее пониже на брови.

Спешить не стал. Было что обдумать в дороге, но вскоре остановился, увидев очень странную машину. Едва не протер глаза, думая, что они меня обманывают.

— Извините, — остановил я первого же прохожего. — А что это? — Показал я пальцем на чудовище, что проехало мимо нас. Похоже на то, что кто-то скрестил между собой живой организм и паровой двигатель.

Вопрос человека удивил.

— Вы не местный? Это автобус, курсирующий между деревнями на острове и городом.

— Автобус? — Тупо переспросил я.

— Да. Маршрут номер три. Наше собственное производство. Экономим на металле и используем тела мертвых морских монстров и их кости, что порой даже крепче железа. Наш железоделательный завод завален заказами от соседей, — с гордостью в голосе за родной город и завод, просветил меня горожанин. — Красиво же! Не находите?

— Э-э, ну, да. Спасибо, — кивнул я этому человеку и он, улыбнувшись мне на прощание, ушел по своим делам. Я хмыкнул. — Надо же? Красиво? Нет уж. Жутко!

Мой путь лежал через оживленный рынок. Торговля шла бойко. На прилавках выложены только скоропортящиеся продукты. Свежая, утреннего улова рыба и другие дары моря. Фрукты, собранные как у нас на острове, так и завезенные от соседей. Яйца, молоко, сыры, масло. Глаза разбегались. Надо на обратном пути купить. Вот та рыбка смотрится аппетитно, пожарю вечером, обваляв в муке. И сыр заканчивается. Его тоже куплю.

Интересно, аванс мне положен?

Без неприятностей не обошлось. Проклятие невезения в действии.

Шел, никого не трогал и заметил в переулке компанию подростков, что пристала к одному из попрошаек. Пригляделся.

Побирушкой был мальчик, лет десяти, не больше. У него не было ноги — только пустая штанина и клюка рядом. Опа! И руки тоже не было — ворот рубахи болтался. Я все больше хмурился. На глазу грязная, замызганная повязка. Дрянь! И глаза нет! Кто сотворил с ним такое? И что за жизнь у нас, раз ребенок должен просить денег у прохожих?

Подростки его пнули, а когда я подошел, услышал их короткий разговор.

— Эй! Ты кто такой?

Еще один пинок.

— Мы тебя здесь раньше не видели. Чего наглый такой и куда ты руку тянешь, а? Денег хочешь? Ха-ха-ха-ха.

— Пошли вон, звереныши! — Толкнул я первого же подростка в спину и тот от неожиданности упал на дорогу. Шлеп в лужу и по сторонам разлетелась грязь после дождя. Его приятели охнули.

Он зарычал от обиды, вскочил, достал нож и обернулся. Заметил, что я маг-неофит и только усмехнулся щербатым ртом. Осмотрелся, поняв, что свидетелей вокруг тьма и кивнув своим друзьям, ушел, глазами пообещав еще встретиться.

А Ти-о-та говорит у них нет банд…

— Ты как? — Спросил я нищего мальчишку.

— Нормально, господин, — слабым голосом ответил он, наблюдая за мной одним глазом.

— Кушать хочешь?

— Нет. Спасибо. Мне хорошо… — Поджал он под себя единственную ногу, по которой получил несколько пинков.

Я нахмурил брови.

— У тебя есть родные? Где жить?

— Да, господин.

Убедившись, что на нас никто не смотрит, я положил ему в карман все деньги, что у меня с собой были. Десяток хрустящих купюр.

— Держи.

— Ой, — удивился он. — Не надо. Это много, — попытался он возразить.

— Бери. И если негде жить, приходи к маяку, я его смотритель. Найду для тебя место. Понял? Кивни.

Он кивнул и сунул мне в руку красивый камешек в подарок. Я даже немного смутился от его наивности, но камушек взял, спрятав его запазуху. Попрощался и ушел, собираясь навестить его на обратном пути, взять продуктов и довести до маяка. Только шагов через сто я понял, что не помню, пах ли парень эмоциями или нет. Те малолетние бандиты пахли, да еще как, а он?