– Каким веком датируется эта реликвия? И каким образом он оказался у вас в монастыре?
– моё недоверие усиливалось и я не знал, с чем это связано.

– О, молодой человек! Эта история довольно длинная и я обязательно поведаю вам ее, но давайте продолжим.

Он подвёл нас к двум мечам, расположенных рядом на подставке.

– Это пара мечей называетсядайсё. Длинный меч разрешалось носить только воинам-самураям, а короткий служил дополнительным оружием ближнего боя, предназначенный для отрубания голов. Рукоять обтянута акульей кожей и весят они совсем немного. Мечи крепятся на поясе или за спиной специальным шнуром, который так же использовался для связывания противника. – Хвалебная ода епископа этим мечам меня нисколько не тронула. В то время, как Любава с восторгом и интересом прикасалась к лезвию и расспрашивала подробности. – Это самые крепкие в мире мечи! – продолжил епископ, - Они способны разрубать материалы любой твёрдости: мясо, кости, железо. Этим мечом можно без усилий перерубить тело противника пополам. – Что за чертовщина? Откуда у него эти мечи? Их история пошла с пятнадцатого века, но никак не в средневековье. К этому епископу появляется все больше и больше вопросов.

– А вот это, - он указал на небольшую пику, – величайшая реликвия третьего рейха. Это легендарный наконечник копья принадлежал римскому центуриону, который нанёс Иисусу удар милосердия, прервав тем самым его мучения. После этого у него излечилась катаракта, и он стал христианином и был, почитаем, как святой.

Далее епископ рассказал, где хранился этот наконечник. Что он был привезён в Париж самим Людовиком Святым, возвращавшимся из крестового похода. Я, молча охреневал от таких подробностей. Каким образом он оказался у него, если в эпоху викингов он ещё не существовал? Я читал об этой реликвии – оно называетсякопьесудьбы, которую хотел заполучить сам фюрер. И помню легенду, согласно которой, кто откроет тайну этого копья, возьмёт судьбу мира в свои руки. До Гитлера, Наполеон, побывав в одном из музеев, потребовал это копье себе и после разгрома наполеоновских войск, наконечник копья был тайно вывезен и спрятан. Никто не знал где он.

Епископ явно заметил мое состояние, но продолжил свою экскурсию.

Терновый венец... – восхищённо произнес он, - символ королевской власти и величия. Был превращён римскими солдатами в символ издевательства и унижения. Это венец из ветвей растения с шипами-терниями, который заключён в хрустальный корпус из трёх секторов, украшенный золотым растительным орнаментом. Венец передавался из рук в руки, тайно вывозился и, из предосторожности, терновое плетение было разрезано на три части. Я отыскал все части венца и привёз в монастырь.

– Какого, черта!? – закричал я, не сдержавшись.
– Гитлер, Наполеон, центурионы и японские мечи!

– Не богохульствуйте, молодой человек! Вы не в ночном клубе в вашем мире! – Любава повернулась в нашу сторону насторожившись. Увлёкшись реликвиями, она не понимала смысла, сказанного епископом. Да и не знала она историю происхождения этих реликвий. Но, после фразы о ночном клубе, даже она поняла, что что-то здесь не так.

– Кто вы? – прямо спросил я. – И помните, ложь – это великий грех! – Я приготовился выслушать отговорки и какую-то чепуху, но епископ удивил меня.

– Это моя миссия - собирать реликвии по всем эпохам и мирам, которые находятся в опасности, дабы сохранить их для будущих потомков.

– Но, как вы перемещаетесь? – наконец подала голос амазонка. – У вас тоже есть книга? Вы в списке?

– И как вам удаётся заполучить эти реликвии, ведь некоторые находятся под строжайшей охраной, в местах, куда попасть практически невозможно.

– Ах, это! – епископ улыбнулся. – Все просто, я перемещаюсь тогда, когда символы на моем кольце светятся, – епископ поднял руку и показал нам три, практически, одинаковых кольца. – Мой предшественник, который был до меня, занимался путешествиями во времени и сохранял реликвии для будущих поколений. Перед смертью он снял с себя три кольца и передал мне.

Вот это – самое важное, оно сделано из платины, с выгравированными на нем золотыми символами различных эпох. Когда один из символов светится, туда я и направляюсь.

Второе – серебряное, так же, как и остальные, имеет вращающуюся центральную вставку. Стоит покрутить вставкой и мой внешний вид меняется в соответствии с эпохой, куда я попал.

Третье кольцо – золотое. Оно делает меня невидимым. Именно так я и забираю реликвии.

– Вот это круто! – заорал я. – То есть вы хотите сказать, надев кольцо можно невидимым попасть куда угодно?

– Совершенно верно, молодой человек.

– Хотел бы я себе такое колечко, - произнёс я задумчиво.

– А вчера вы тоже вернулись из очередного путешествия? – с любопытством спросила Любава?

– Да, я покидаю монастырь только в случае, когда требуется моё вмешательство для сохранения величайших реликвий. – Сказал епископ, подводя нас к оригинальной шкатулке. Открыл ее и я чуть не поперхнулся. Он ограбил Кремль?! Это же целое состояние!

– Откуда вы вернулись, позвольте спросить?!

– Я телепортировался в Россию и кольцо засветилось в двух местах одновременно, с той лишь разницей, что в одном месте символ светился красным, что означает опасность, и я направился туда. Я посетил дом богатого человека, незаметно проник в зал, где хранилось множество разных сокровищ, и взял то, что было необходимо.

– А что это такое? – спросила Любава.

– Это же знаменитые яйца Фаберже! Ювелирные изделия в виде пасхальных яиц, созданные для императорской семьи. – В коллекции я увиделзимнееяйцо, сделанное по заказу Николая второго в подарок матери-императрице, которое сейчас стоит около десяти миллионов долларов. Так же заметил и другие не менее ценные яйца. – Господи! Это просто невероятно! В этом монастыре огромные богатства. Прямо пещера Али-Бабы.