Я тяжело выдохнула и показала свою руку. — Какого хрена на твоем пальце обручальное кольцо? — ошарашено сказала.

— Ты, замуж вышла? — Вышла. — Боже, мой! — она прикрыла рот.

За кого? — теперь барабанная дробь. Хлоя поставила две чашки кофе и удалилась.

— За Маттео! — Твою мать! Ты шутишь? — она застыла на месте.

— Нем, Неееем! — я щелкнула пальцами перед носом. Она вздрогнула.

— Ты теперь Руссо? Когда это произошло? — Вчера.

— Охренеть! Так, послушай меня внимательно. Он тебя шантажировал? Ты сказала брату? А в полицию обращалась, там вроде есть защита свидетелей. Тебе перекрасят волосы, и ты переедешь в другой штат, да и агента тебе приставят.

— Нем, ты, кажется, смотришь много фильмов. — она начала крутить головой по сторонам.

— Успокойся, он меня ничем не шантажировал, у нас взаимные отношения — уверяла я.

— Ну, да так я тебе и поверила. Он Бьянку мурыжил полгода, а тут женился через пару месяцев на тебе. Не рассказывай мне сказки милая, что-то тут не так. Ох! Ты, залетела от него?!

— Нем, прекрати, ничего такого нет. — Я замолчу, но я на чеку. Знай.

Со второго этажа за нами наблюдал Маттео. — я отвернулась. Нем, проследила за моим взглядом.

— Ага, так я и думала. — пробормотала она.

— Лучше, расскажи как у тебя дела? Все стабильно в отличие от тебя.

— Так, если не прекратишь, я сейчас уйду. — Прости, я прибываю сейчас в шоке от новости.

Кстати, меня не буде в городе месяц. — Что-то случилось? — Нет, маме нужна помощь с младшим братом. У нее командировка в другой штат, а Рик любезно предоставил мне отгул.

— Кэтрин, поехали. Маттео спускался по лестнице с недовольным лицом.

— Я тебе позвоню, пока. — Кэт, не теряйся.

— За рулем я, или ты? — Я — рявкнул он. — Садись. Он рванул с места так, что завизжала резина. Его нервная езда привела мне в замешательство.

— Что случилось? — он не проронил ни слова. Катались по городу долго, пока не стемнело, а мой желудок начал рычать как мотор его авто. Я даже не помню когда ела последний раз.

Он остановился на холме и заглушил мотор, где открывался вид на весь город. Маттео показался мне подавленным.

Маттео

Весь день пошел не по плану. Сначала ее брат с плохими или хорошими новостями. Стреляли в нас точно не ирландцы, а кто-то из моего клана. Потом Шерин, а теперь и брат. Моего отца убили не колумбийцы, а ирландцы. Они хотели, чтобы мы перебили друг друга. И тогда они бы правили в Чикаго. — Сукин сын, я сниму с него скальпель. Значит, я совершил ошибку по отношению к Кэтрин. Насильно взяв ее замуж. Черт, как я мог так промахнуться. Повернулся в ее сторону. Девушка облокотилась на дверь авто и тихо спала.

— Твою мать, — потер лицо руками. Я дам ей развод, если она потребует, или сам предложу.

Закурив сигарету, я вышел из машины и облокотился на капот.

— Может, поделишься, что произошло? — ее голосок прозвенел как звоночек. — я молчал.

— Она присела со мной рядом.

— Знаешь, когда мне было одиннадцать лет, к нам среди ночи вломился мужик. В тот день была гроза, и вырубился свет. Мама спрятала меня в кладовую за стиральную машину.

Дверь распахнулась, ее за волосы вытащил мужик, требуя деньги и ценности. Мама отдала последнее 127 долларов и золотую цепочку с кулоном. Он тогда ее сильно избил. А, я закрыла уши и плакала.

— Вот откуда у тебя боязнь темноты? — Именно. — я посмотрел на нее.

Ветер красиво раздувал ее волосы, а она съежилась от холода.

— Иди ко мне — Кэт придвинулась ближе, залезая мне под руку. Ее холодные ручки обхватили мою талию под пиджаком.

— Как насчет хот-догов спросил я. — она выглянула как мышка из теплой норки. — И побольше соленых огурчиков — сказала в ответ. — я рассмеялся, а она меня ущипнула за бок. — Я знаю отличное место, садись, ты замерзла.

Мы взяли по хот-догу и по большому стакану кофе.

— Не могу поверить, что ты ешь хот-доги — с набитым ртом сказала моя жена. Черт, я в правду на ней женился.

— Это почему?

— Ну, ты весь такой серьезный, питаешься в ресторанах, носишь костюмы по десять тысяч долларов, а сейчас, сидишь со мной на лавке в парке и ешь сосиску за семь баксов.

— Кэт, я такой же человек, как и ты. Между прочим, мой отец чистил туфли прохожим, он не всегда был богатым. Когда я был маленький, у нас не всегда была еда на столе. Так что здесь нет ничего такого, что я ем хот-дог в парке за семь долларов с красивой и умной девушкой, которая является моей женой. — она замерла, а потом посмотрела на меня. На краешке ее губ остался кетчуп. Я поднес большой палец и стер его. Она была восхитительной и настоящей, чего не было у остальных.