Двадцать пятого февраля Судоплатова и его супругу срочно доставили в Москву и привезли на выделенную им квартиру в переулок Грановского, Три, ранее принадлежавшую убитому Суслову. Как пояснил вежливый сопровождающий, в прежней квартире, где жила семья Судоплатовых, пятиэтажный дом в Милютинском переулке дом Девять, который все звали домом ОГПУ, обосновалось Польское торгпредство.

— Отдыхайте, холодильник полон продуктов, завтра утром за вами, товарищ генерал, придет машина. Вас приглашают на Политбюро ЦК Партии. Возьмите документы для вас и вашей супруги. — сопровождающий передал пакет — Это паспорта с пропиской, ордер на квартиру, Партийные билеты, свидетельство о браке.

— Скажите, а кто проживал в этой квартире? — робко спросила Судоплатова.

— Товарищ Суслов здесь проживал. Товарищ Суслов был против удобств в своей жизни, поэтому здесь такая непрезентабельная мебель, я завтра подъеду и мы с вами, Эмма Карловна, проедем в мебельный магазин, где выберите все, что вам приглянется. Где бы вы хотели работать? Впрочем, вы сможете с этим определиться после возвращения вашего мужа из Кремля. До свидания!

Сопровождающий покинул квартиру и Эмма бросилась на грудь мужу, прошептав ему на ухо — У них все получилось! Шантаж сработал и тебе завтра предложат возглавить комитет! Я бы тоже не прочь вернуться в госбезопасность.

Открыв холодильник, Эмма достала бутылку «Киндзмараули», палку копченой колбасы, сыру и осетровый балык, пучок петрушки и укропа.

— Ты посмотри, Павлуша, какой у нас пир! Все эти три месяца я будто в сказке! За свои уроки я получала гроши и нам с детьми приходилось голодать.

Судоплатов открыл свой саквояж и достал оттуда «Правду» — Посмотри на последней странице некролог.

Супруга взяла газету и прочитала — «На тридцать шестом году из жизни ушел Первый секретарь Городского комитета КПСС города Ставрополь Горбачев М. С. Члены Политбюро ЦК КПСС выражают близким и родным свои соболезнования». — отложив «Правду», Судоплатова усмехнулась — А вот и кнут, который заставил Членов принять твое назначение.

Затем взяла наполненный фужер, десяток которых обнаружился на кухне, и произнесла тост — За товарища Сталина не чокаясь!

Утром Судоплатов, одев свой мундир с наградами, по звонку телефона подняв трубку, выслушал доклад о поданном автомобиле и поспешил вниз. У подъезда стояла черная «Чайка», которая и домчала его в Кремль. На его удивление в своем кабинете его ожидал в полном одиночестве Генсек.

— Здравствуйте, товарищ Судоплатов! Проходите, садитесь! — Брежнев указал рукой на мягкие кресла, стоявшие около журнального столика и сам занял одно их них. — Ты в курсе Павел Анатольевич, почему ты досрочно освободился и полностью реабилитирован?

— Никак нет! Я до сих пор голову ломаю.

Брежнев открыл папку и достал оттуда две записки, одна из которых была отпечатана на машинке. — Прочитай! — дождавшись ознакомления генералом угроз неизвестных, Брежнев продолжил — Сначала убили товарищей Суслова и Андропова, при этом оставив в живых Председателя Совета министров, который казалось намного приоритетнее как цель номер один, он все же остается живым. Убийца по мнению следователей стрелок экстра-класса, как меня уверяли, до сих пор было принято считать, что из СВД невозможно прицельно вести огонь на таком расстоянии, теперь в армии эта доктрина пересмотрена и среди снайперов пытаются достигнуть этих результатов.

Буквально следом убивают совсем никому не нужного Никиту Сергеевича, причем его убийство явилось местью за его политические убеждения. И намек такой тонкий-тонкий: как и Троцкий он был убит ледорубом. И первый шантаж, требуют вывести из состава Политбюро всех виновников Новочеркасского бунта. Мало того, фотографии убитого товарища Хрущева и этой записки оказались в зарубежных газетах и журналах. После убийства товарища Шелепина неизвестные, называющие себя коммунистами-сталинцами, для нас оставляют требования, одно из которых как сами видите касается вас. Что скажете?

— Судоплатов пожал плечами — Что тут скажешь! Ну, во-первых я хотел бы вынести благодарность этим неизвестным: во Владимирском централе жизнь не масло. И санаторий мне на пользу пошел. А во-вторых, Я полностью согласен с авторами письма.

— Вот как? — удивленный Брежнев аж привстал с кресла — Вы считаете, что эти подпольщики смогут лучше нас страной руководить?

— Судя по их требованиям, вполне возможно. Скажите, Леонид Ильич, вы действительно думаете о народе и о его счастье, о стране, которой по сути противостоит Запад? Мы одни, ответьте честно.

— Ты в курсе, Судоплатов, что я родился в семье потомственных рабочих? Я с пятнадцати лет работал на Курском маслобойном заводе чернорабочим и только после окончания техникума стал зарабатывать землемером-землеустроителем. Я честно отслужил в Дальневосточном крае, получил звание лейтенанта, затем опять работал и учился; и с начала войны я так же честно продолжал служить своей стране. Я поднялся с самых низов и прекрасно понимаю роль Коммунистической партии, без которой советский народ жил бы сейчас в нищете и в рабском бесправии. Если честно, я не верю в наступление коммунизма, это огромное заблуждение и Маркса и Ленина. И ты тоже об этом знаешь. Или я не прав?