– Если организация поселения шла по обычному протоколу, то в системе должен быть ещё аварийный передатчик, – вдруг решил меня озадачить Аналитик.

– Даже, если это так то, где его здесь искать?

– Требования для аварийного передатчика довольно просты – он должен располагаться на максимальном удалении, но в зоне уверенного приёма.

– Странные требования. Это как-то связано с безопасностью?

– В первую очередь, – подтвердил мою догадку Аналитик. – В случае чрезвычайных обстоятельств информация с поселения может быть сохранена вне базы и впоследствии передана первому же кораблю с подходящим идентификатором.

– Если исходить из этих требований, то наиболее подходящими оказываются третья и пятая планеты, – навскидку определил я.

– Третья планета мало подходит для этих целей. Она сейсмически активна. У пятой имеется естественный спутник. Предлагаю искать там.

– Считаешь за всё это время никто до такой простой мысли не додумался? – усмехнулся я.

– Найти передатчик может только псион, оборудование Содружество здесь бессильно.

М-да… видимо придётся поработать немного сканером. А имперцы Джоре всё же молодцы, умели хранить свои тайны. Сколько времени уже ушло, а в Содружестве так и не смогло даже близко подобраться к их технологиям. Центральные миры только-только сравнялись с уровнем Окраинных миров…

Мои манёвры возле спутника пятой планеты не остались незамеченными.

– Прошу сообщить цель ваших действий, – связался со мной тактик наёмников.

– Пытаюсь найти удобное место парковки и при этом не особо отсвечивать в системе.

Не уверен, что ответ восприняли всерьёз, но вопросов наёмники больше на задавали. Они к тому времени наткнулись на разбитый корпус какого-то старенького транспорта и активно его мародёрили. Профессору вообще было не до меня, у него своих дел по горло.

Транспорт профессора

Только на третьем витке вокруг спутника засёк слабую засветку. Высланный разведывательный зонд обнаружил на этом месте внушительных размеров каменную глыбу. После недолгих раздумий спустился на поверхность, прихватив с собой самый древний, что имелся на борту, ремонтный комплекс. Только спустя четыре часа удалось добраться до контейнера с аппаратурой связи. Ещё два часа с небольшим ушло на то, чтобы его вытащить. В итоге, малопригодный для этих целей ремонтный комплекс пришёл в полную негодность и годился лишь на запчасти.

Аварийный передатчик переправили на борт "Шатуна" и разместили в дальнем углу грузового отсека, прикрыв коробами использованных ЗИПов. Исследованием содержимого контейнера занялись "жучки" Аналитика.

– Высокотехнологичная груда хлама, – пришёл он к заключению через некоторое время.

– Совсем всё плохо? – не поверил я.

– Из-за полного отсутствия энергии и сверхдлительного пребывания в условиях жёсткого излучения вышли из строя все основные узлы и механизмы. Программное обеспечение также не сохранилось.

– Выходит, я совершенно зря потратил время на раскопки этого хлама?

– Сохранилось несколько полностью разряженных элементов питания и кристаллы с информацией по базе на планете, – несколько подсластил "пилюлю" Аналитик. – Целостность внешнего вида оборудования безусловно повышает его ценность, даже при полном отсутствии действующего функционала.

– Уже лучше! – довольно кивнул я. – Элементы питания изъять. Информацию проанализировать. В первую очередь меня интересуют данные по снабжению базы, кто её осуществлял и есть ли упоминания о транзите подобных грузов в иные системы.

Загрузив Аналитика работой, связался с профессором, что-то он через чур долго копается на базе. Я понимаю, что он совсем не горит желанием увидеть меня на раскопках, но у нас с ним договор. Да, если уж быть совсем честным, то в нём нет ни единого упоминания о возможности моего личного присутствия на планете. Пусть это так, но попробовать всё же можно... Профессор не повёлся на мои уговоры, но всё же пригласил на свой корабль, сообщив, что кое-что интересное найти уже удалось.

Прибыв на следующий день в гости к профессору и осмотрев находки, понял, что с договором он меня "кинул". Вернее, это я протупил, не отдав должное обтекаемым формулировкам в договоре. В итоге, получил к опознанию всего пару артефактов, из числа тех, что откровенно не идентифицировались. С таким подходом не видать мне хорошей прибыли. Обидно, конечно, но в том винить кроме себя некого, а профессор в таких делах не одну собаку съел…

Ещё декаду продолжались "раскопки", и ещё 14 артефактов не были распознаны специалистами из Содружества. Большая часть из этого количества являлась частями какого-то оборудования и даже внешне трудно было определить хотя бы приблизительную сферу использования этих артефактов. Опознавать буквально каждую находку было довольно опасно. В таком деле излишняя осведомлённость может сыграть против меня. Профессор точно захочет узнать откуда такие знания и сделает всё, чтобы положить мою голову под мнемоскоп.