– Я не обижалась, – теряюсь от неоднозначных эмоций, поэтому вру.

Хочу вновь чувствовать легкость.

– Обижалась. За то, что не «взъебурил», – усмехается. – Наверстаем?

– Ах, Ян… Прекрати… Ты знаешь, что я совсем не то имела в виду… Боже, Нечаев… У меня еще месячные не закончились… – пытаюсь протестовать, но он меня не слушает.

Увлекает под душ прямо в одежде.

Сердце ускоряет ход. Внизу живота становится тепло. Задыхаясь от волнения, ловлю воду губами. Ян припадает к ним ртом, вдыхает в меня свою энергетику, и мои легкие, принимаясь трепетать, раскрываются. Зародившееся волшебство сбегает вниз по телу искрящимися импульсами. Ноги подкашиваются, но Нечаев крепко прижимает к себе, а через пару глубоких страстных поцелуев и к стене.

Скатывая по бедрам промокшую ткань, он стягивает с меня шорты и трусы. Сдирая футболку, пьет с кончиков сосков тонкие ручейки воды. При виде этого я не могу сдержать стон. Скребу ногтями ему по затылку, подаюсь ближе, всячески умоляю усилить ласки. И Ян, конечно же, понимает. Помогая себе ладонями объять всю нежность плоти, он втягивает раскрасневшиеся, словно ягоды малины, вершины с той одуряющей жесткостью, которая заставляет меня гортанно стонать и всхлипывать.

Потерявшись в пылу этой неистовой похоти, направляю все действия на то, чтобы стянуть одежду с Нечаева. Я против него слишком маленькая, и сил маловато, но каким-то образом умудряюсь расправиться с рубашкой, лишив ее половины пуговиц. Проблемы доставляет ремень. И когда я его, наконец, расстегиваю, зачем-то полностью из петель выдергиваю. Ян перехватывает кожаную ленту, разворачивает меня, чтобы толкнуть лицом к стене, и внезапно щелкает ею по ягодицам.

Вскрикиваю, хватаю ртом кислород и давлюсь горячей водой.

С трудом обернувшись, на эмоциях выхватываю ремень и стегаю им Яна по бедру.

В страхе замираю. А он вдруг смеется.

Вырвав у меня предмет экзекуции, отбрасывает аксессуар в сторону. Прижимает к холодной стене, вынуждая биться в конвульсиях непонятных ощущений. Покусывая шею, шепчет:

– Никогда бы не подумал, что моя Зая способна дать сдачу. И как прикажешь «въебуривать» тебя в офисе? Не хотелось бы взбесить твою внутреннюю сучку и получить при всем честном народе по роже.

– Я бы так никогда не сделала… – отзываюсь, рвано дыша. Теряя терпение, хватаю его за кисть и направляю к своей припухшей и очень-очень скользкой плоти. – Пожалуйста… Трахни меня… Заставь кончить…

– Зая… – хрипит Нечаев на выдохе.

Погладив мою раздразненную «зверушку», выбивает серию стонов. Монстр толкает на новые подвиги – ловлю ладошкой раскачивающийся между нашими мокрыми телами член. Сжимая склизкую и пульсирующую плоть, охреневаю от того, какой толстой и длинной она сейчас ощущается. Кажется, словно впитала не только кровь со всего организма Яна, но и обрушивающейся на нас воды напилась вдоволь.

Пока Нечаев, набрасываясь на мой рот, сладко терзает губы, в недвусмысленном намеке подтягиваю член к развилке своих ног. Постанывая, тру о лобок.

Но… Ян удивляет.

Он не вставляет мне стоя, как уже делал в душе не раз, и как сейчас нарисовало мое воображение. Вместо этого увлекает меня к мраморному выступу вдоль противоположной стены. Садится сам и тянет меня сверху.

Теперь вода бьет лишь по моей спине. Но попадая на плечи, неизбежно стекает по груди и дразнит воспаленные соски.

– Я не умею… – напоминаю, вдыхая пар и выдыхая пламя.

Но Нечаев молча направляет и буквально вынуждает вобрать свой нереально большой и крепкий член ноющим от вожделения влагалищем.

Протяжно вздыхая, застываю. Необычный угол проникновения, незнакомое давление, совершенно новые ощущения. Глядя Яну в глаза, с дрожью мечусь между своей природной робостью и дикой страстью, лишающей меня всего человеческого.

– Не бойся, Зая. Отпусти себя.

Бархат его голоса оплетает меня, словно змей-искуситель. Чувствуя, как щеки покалывает жжением, прикрываю глаза. Из-под ресниц наблюдаю за красивым, будто античный бог, Нечаевым. Слушаю шум падающей воды и страстный трепет нашего сорванного дыхания. Поглаживая напряженные грудные мышцы Яна, чутко внимаю своим физическим ощущениям.

Бугрящийся от похоти член подобен огромной шишке сейчас. Распирает, вызывая страх. Задевает немыслимые, будто только-только созревшие точки внутри моего лона. Пульсирует в бешеном ритме моего сердцебиения. Горит, словно лампочка.

Манит… Манит двигаться.

И я не выдерживаю. Упирая ладони Нечаеву в грудь, осторожно раскачиваюсь.

Вращение – по часовой стрелке и против нее.

Дикая дрожь по телу. Ряд густых выдохов удовольствия.

Подъем таза и медленное прохождение обратного пути. Распухшая головка член, будто шляпа гриба, зажигает фейерверки. Опускаюсь со шлепком и свистящим стоном.

Ян, жестко впиваясь пальцами в бедра, подогревает желания моего монстра еще жарче. Подается ему навстречу. Дергается внутри, выдавая томительные вибрации.

И я срываюсь.

Царапая мокрые и раскаленные плечи Нечаева, с надсадным вздохом упираюсь коленами в мрамор. Плевать, что последнее вызывает боль. Поднимая и опуская таз, схожу с ума от того, что чувствует моя вагина. Быстро ловлю скорость и амплитуду, с которыми это скольжение доставляет наиболее сильное удовольствие. Неустанно двигаюсь, потому что это единственное, чего сейчас желают мое тело и порабощенный им мозг.