Инстинкт подсказывал ему двигаться как можно тише. Он заметил, что Джаспер и Флетчер сделали то же самое. Вероятно, их осторожность была излишней. Реальность заключалась в том, что звук, как и другие виды энергии, всегда искажался и быстро подавлялся пси, исходившим от стен, потолка и пола туннеля. Можно было находиться в пределах пятнадцати футов (?4,5 м) от человека, говорящего нормальным голосом, и не замечать его или ее присутствия, если этот человек был скрыт из виду, например находясь за углом.

— Я знаю, что у нас троих есть план, — сказал Флетчер. — Но я сомневаюсь, что Гудини понимает человеческую стратегию. Если мы находимся рядом с Элис, он может в любой момент броситься к ней. А если Иган заметит его, он поймет, что и мы недалеко.

— У каждого плана есть слабое место, — сказал Дрейк, взглянув на Гудини. — Хорошая новость в том, что мы знаем свое. Это означает, что мы можем маневрировать. Если подумать, это не единственная хорошая новость.

Джаспер поднял брови. — Какая еще?

— В нашей команде два охотника за привидениями. А у Зары Такер только один.

— Один охотник, который, по чистой случайности, вооружен гаджетом Пришельцев, — отметил Флетчер.

— Я рассчитываю, что ваши таланты пересилят оружие Игана, — сказал Дрейк.

— Верно. — Джаспер автоматически коснулся янтаря, который носил на шее. — Без проблем.

Они прижались к стене туннеля, приближаясь к перекрестку. Дрейк снял Гудини с плеча и зажал его под мышкой, молча пытаясь донести до него необходимость не выдать себя. Гудини немного изогнулся, но остался на месте. — Может быть, он понял сообщение, — подумал Дрейк. Или, может быть, когда дело касалось охотничьих инстинктов, все хищники полагались на одну и ту же базовую стратегию — не позволяй жертве увидеть твое приближение, пока ты не будешь готов убить.

Дрейк возглавлял группу, поэтому первым подошел к сводчатому входу. Теперь, наконец, он мог различать голоса. Он жестом приказал Джасперу и Флетчеру остановиться. Все они внимательно прислушались.

—. . Они пробыли внутри целую минуту и не потеряли сознание, — сказала Зара. В ее голосе звучали облегчение и волнение. — Похоже, Элис справляется с пси.

— Что, если они не найдут Камни? — спросил Иган.

— Она все еще в сознании. Она сможет.

— А если нет?

— Тебе лучше надеяться, что ДА, — сказала Зара. — Потому что, если у нее не получится, остается только один последний вариант.

— Ты никогда не говорила, что есть еще вариант. — сказал Иган обеспокоенно. — Какой?

— Нам придется послать кого-нибудь еще, — сказала Зара нетерпеливо.

— Да? Кого?

— Тебя.

— Ты с ума сошла? Я не пойду туда. Я не могу справиться с такой энергией. Я охотник за привидениями, а не талант-света.

— По моим расчетам, существует семидесятипроцентная вероятность того, что не световой талант сможет пробыть в комнате немного времени. Надеюсь, достаточно долго, чтобы достать камни.

— Но ты сказала, что накопленная энергия внутри пирамиды сведет с ума не световой талант.

— Это осложняет ситуацию, — сказала Зара. — Будем надеяться, что Элис удастся провернуть этот фокус.

Будоражащая нервы тьма ревела вокруг них. — И это, при том, что мой дар работает на полную мощность, — подумала Элис. Неудивительно, что Заре Такер и Игану не удавалось пересечь проход. Ей потребовалось все, что у нее было, чтобы проложить путь. Она делала все возможное, чтобы защитить Пита, а также себя, но по мертвой хватке, которой он вцепился в ее руку, она могла сказать, что ему плохо.

Еще несколько шагов, и они преодолели пси-барьер. Элис поняла, что все это время задерживала дыхание. Наконец ей удалось вдохнуть. Не то чтобы ситуация сильно улучшилась.

Тьма ревела, грохотала и клубилась вокруг них. Время от времени происходили вспышки паранормальных молний, но они никак не освещали внутреннюю часть пирамиды. Причудливые образы появлялись и исчезали в глубине, казалось бы, непроглядной ночи.

Полная темнота дезориентировала. Через узкий вход не проникал нормальный свет. Они сделали всего пару шагов внутрь, но Элис ничего не видела, даже Пита, стоящего так близко, что его плечо задевало ее.

— Вот, черт, — сказал Пит. Его слова были омрачены страхом. — Стало еще хуже, чем вчера, когда она отправила меня сюда, намного хуже.

— Все в порядке, — сказала Элис с холодной уверенностью, которой она не чувствовала. — Это только свет — просто, очень темный свет — но свет есть свет, и я могу с ним работать.

— Раньше я тоже думал, что могу работать со светом. Но эта штука не похожа ни на что, что я когда-либо видел.

Она продолжала держать Пита за руку и сосредоточилась на изменении потоков своей ауры так, чтобы они образовывали щит, заставляя темные волны энергии кошмара огибать их двоих.